Оставаясь наедине с драконом, я и подумать не могла, что он потребует поцелуя. Вернее, как «потребует»? Поцелуй – обязательный элемент игры.Вероятно, я могла отказаться, но что-то пошло не так, а потом меня закружили совершенно другие задачи. У меня ведь важный тест на носу, и вредный декан обещал отчислить из Столичной академии в случае провала.Тут точно не до драконов, но судьба распорядилась иначе. Узнав некоторые подробности моих злоключений, зеленоглазый ящер хитро улыбнулся и вызвался за мной «присмотреть».
Я даже не поняла, как так вышло, но в какой-то момент мы остались одни. Я и сидящий напротив дракон: зеленоглазый, с волосами цвета искристого снега.
Из соседней комнаты доносились музыка и смех – брат устроил вечеринку и позвал коллег. Веселиться они умели. Дракон тоже был коллегой, но до сего вечера я и понятия не имела, что в бюро по проектированию водонасосных станций может работать кто-то вроде него.
Но не суть. Речь о другом!
Мы остались одни, и в очень щекотливой ситуации. Нас разделял стол, на котором лежала пустая бутылка – всего несколько минут назад здесь шла жаркая и не совсем приличная игра.
Я пребывала в шоке оттого, что брат меня к этой забаве допустил. Впрочем, справедливости ради, он сначала не хотел, но потом кто-то заявил, что я уже достаточно взрослая, а значит, Эльвару незачем строить из себя наседку.
В результате – вот. Я, дракон и бутылка.
Я уже собралась встать и ретироваться, но…
– Куда? – улыбнулся визави.
Джур. Кажется, брат называл зеленоглазого Джуром.
Прямо сейчас этот самый ящер потянулся, раскрутил бутылку, и горлышко указало чётко на меня. Донышко, что логично, остановилось напротив самого Джура, и я не выдержала:
– Да ладно… – Это был не крик, но шёпот возмущения. Уж слишком я от такого поворота обалдела.
– Что «ладно»? – пожал плечами он. – Игра есть игра. Ты – горлышко, я – донышко. Значит, целуй.
Я захлебнулась воздухом, по-прежнему не веря в происходящее. Обернулась на распахнутую дверь, но брат на выручку не спешил. Все эти бесчисленные клерки о нас словно позабыли, и ладно обо мне – я не из их компании и вообще явилась на вечеринку по приглашению брата! Но как можно забыть про дракона?
Про целого зеленоглазого дракона…
– Ну что? – напомнил о себе Джур.
Да, всё-таки его звали именно так.
Он даже поднялся и сделал шаг ко мне.
А меня просто вынесло – ведь так не бывает. Драконы – они особенные, другие, живут закрытыми кланами, делами людей не очень-то интересуются, и уж чем-чем, а желанием целоваться с обыкновенными адептками столичных академий точно не горят.
И на адепток этих не таращатся! А Джур… половину вечера не спускал с меня глаз. Я видела, только признавать это почему-то не желала.
– Мм-м… – Я огляделась в поисках укромного уголка, а не обнаружив такого, смущённо развела руками.
Мол, увы, ничего не получится. Игра игрой, но мы не можем целоваться у всех на виду. Вдруг в комнату кто-то войдёт?
Вслух я не сказала, но меня поняли. Посмотрели, как на недостаточно хитрую обманщицу, а потом протянули руку, и отказаться я не смогла. Когда наши пальцы соприкоснулись, холостяцкая квартира брата исчезла, и мы очутились в невообразимом месте. Вокруг была только чернота и звёзды. Целые россыпи ярких, мерцающих звёзд!
– А… – начала я и опять задохнулась.
Где мы? В небе? Но как?!
– Здесь точно никто не увидит, – заявил дракон, и его хрипловатый голос отозвался дрожью в теле. – Ну же, целуй, Хайди.
Я заколебалась. Джур был невероятно притягательным, а этот его внезапный напор будоражил. Но я никогда-никогда не целовалась с мужчинами. Тем более с такими.
– Игра, – напомнил дракон, явно веселясь. Подумал и добавил: – Отказы не принимаются. Ты добровольно села за стол? На аркане никто не тащил?
Ну и бес с ним.
Я подалась вперёд, прижалась к горячему телу и, обвив его шею рукой, поцеловала в губы. Просто прикосновение – лёгкое, влажное. Думала, этого будет достаточно.
– Кто ж так целует? – возмутился Джур. Вздохнул и вдруг заявил: – Давай научу?
Он поцеловал раньше, чем я ответила, и это было так, что звёзды закружились вихрем, а я вместе с ними. С моими губами творили что-то невероятное. Их ласкали и сминали, дразнили и покусывали, а его язык…
Его язык сделал то, от чего мои щёки резко обожгло румянцем! Разве так можно? Разве можно лезть прямо в чужой рот? Причём не противно, а как-то… Вот даже не знаю. Это было так, так…
Поцелуй прервался раньше, чем я смогла подобрать слова.
А потом прозвучало:
– У вас всё в порядке? – Настороженный голос принадлежал Эльвару, моему брату.
Я вздрогнула и с удивлением осознала, что по-прежнему сижу на стуле, что на столе лежит пустая бутылка, а Джур стоит рядом, и его ладонь соприкасается с моей. Мы касаемся друг друга пальцами – ни больше, ни меньше.
– Вроде в порядке, – ответил дракон. Прозвучало невозмутимо, но с каким-то подтекстом.
Я ошалело уставилась на беловолосого: это что сейчас было? Мы целовались или…
– Хайди? – позвал брат.
На моих щеках снова вспыхнул пожар.
Ужасная ситуация. Совершенно непонятная. Джур смотрел на меня настолько пристальным взглядом, что даже брат засёк. Эльвар дёрнул подбородком, молчаливо вопрошая у коллеги: ты чего?
А дракон отрицательно качнул головой и… продолжил неотрывно смотреть на меня.
В итоге с вечеринки, где я не пила ничего крепче лимонада, я улепётывала вприпрыжку. Даже после того, как села в экипаж, доехала и взбежала по ступеням общежития столичной академии, мне чудился его внимательный и отчего-то весёлый взгляд.
