Что не говори, а мне нынешняя жизнь даже нравиться, сейчас все стало просто и понятно, больше нет загонов цивилизации, где все упирается в денежные знаки и новые гаджеты. Теперь все стало на свои места, как и должно быть, как заложено самой природой: пищу надо добывать, она перестала продаваться в магазинах, рыбу надо ловить в водоемах, надо сажать огород, делать заготовки на зиму. Много чего надо делать! Надо держаться вместе, чтобы поочередно нести караул, охраняя свой дом, своих женщин и детей, своих животных и посаженные в огороде растения. Не будешь сильным, придут другие и заберут все у тебя. Уведут твоих женщин и коров, а тебя убьют. (причем про коров, это я не ошибся, это все из современных реалий жизни)
Куравлевку, я и моя банда, покинули в начале осени 2020 года. Когда началась повальная эпидемия и люди стали умирать сотнями и тысячами, Куравлевку отрезали от внешнего мира, но это нас спасло ненадолго. В соседних Кирчах, где располагался агрокомплекс местное население решило провести профилактические мероприятия, они массово нажрались антибиотиков, которые применялись в животноводстве, благо этой дряни на складах было валом. То, что антибиотики не помогают в борьбе с вирусами, вроде знали все, но почему-то решили перестраховаться. В итоге: массовое отравление, унесшее жизни трети населения Кирчей. Оставшихся жителей Кирчей добил вирус и пришедшие в село цыгане. Большой табор цыган, численностью в несколько сотне рыл занял и зачистил Кирчи за пару дней.
Всем было понятно, что подобное соседство ничем хорошим не закончиться, уж слишком мы разные с цыганами. Они никогда не работали на земле, зарабатывая себе на жизнь попрошайничеством и торговлей наркотиками. Правда, в современных реалиях, их криминогенные устои сильно изменились: попрошаек стало настолько много, что в их числе цыгане просто потерялись, а торговля наркотиками перестала приносить прибыль, потому что деньги сильно обесценились. К примеру, в августе один литр девяносто пятого бензина стоил — двенадцать тысяч рублей, буханка хлеба, примерно столько же. Цыгане довольно быстро переквалифицировались, занявшись разбоями, грабежами и работорговлей. Подобное соседство просто так закончиться не могло, тем более что Куравлевка, благодаря в том числе и усилиям моей команды заметно разрослась и подобрела.
Я предлагал устроить новым жителем Кирчей «ночь длинных ножей», но меня особо не подержали, люди еще не перестроились и с них не слетела шелуха цивилизации, многие надеялись, что все еще устаканится и мы заживем как до 9 мая 2020 года.
Несколько раз возникали короткие стычки с цыганами, доходило до стрельбы, но пока обходилось без жертв. Первого сентября, на блокпосте, прикрывающему дорогу со стороны Кирчей, появилась девушка с бутылкой самогона в руках. Деваха тут же предложила бойцам на блоке, употребить самогон и её, ну, эти дебилы не отказались, о чем через короткое время и пожалели. Самогон оказался травленным, а девка подставой цыган.
Ромалэ решили напасть первыми и поставить жирную точку в противостоянии двух поселков. Бой продолжался несколько часов, цыган мы выбили из Куравлевки, даже ворвались в их село, преследуя отступающих, подожгли несколько машин и домов, и только потом отошли назад. Горячие головы, вроде меня, тут же на общем совете Куравлевки предложили устроить цыганве ночь «длинных ножей», но общественность восприняло мое предложение вяло и неактивно. Желающих воевать не нашлось, меня поддержали только парни из моей команды. После долгих споров и перебранок, большая часть селян решила покинуть Куравлевку и перебраться в места поспокойнее. Воевать не хотели по разным причинам: кто-то боялся преследования со стороны правоохранителей, кто-то, элементарно, не хотел лезть под пули и рисковать своей шкурой, а некоторые, так, вообще, считали, что плохой мир, лучше хорошей войны.
Посоветовавшись в своем тесном кругу, мы со своей командой решили валить из Куравлевки, пусть здесь и было сыто и относительно спокойно, но из восемнадцати людей, что сейчас жили под крышами моего и дядя Толи дома, активных «штыков» было всего десять, остальные, это женский пол и пара ребятишек. И тут, как раз, кстати, к нам «на чай» забрел Степаныч — местный фермер, державший по соседству с Куравлевкой фермерское хозяйство и несколько прудов с рыбой.
— Здорово, Лёха! — поприветствовал меня Степаныч. — Ну, чё сваливать будете или как? — спросил он без обиняков, когда мы вышли с ним на улицу.
— Сваливать, — скривившись ответил я. — Был бы народ помужественней, то повоевали бы малеха, а так, без вариантов.
— А куда сваливать решили?
— Еще не знаю, у Бороды, вроде бабка жила где-то в соседнем районе в небольшой деревушке, может туда, он, рассказывал, что места там живописные.
— Если хотите, то можете ко мне на хутор перебраться. Места всем хватит, хозяйство ты мое видел, работы хватает, но и с жрачкой проблем не будет, да, и от населенных мест, моя фазенда далеко, так, что вирусятня никак до нас не доберётся.
