Высоко в небе гудел сопровождающий самолет-разведчик. Он видел суда Марсалесов, находившиеся в десятках километров, и сообщал об их перемещениях. Однако нападения Клаус не боялся, так как в последние сутки противник был целиком занят только своими проблемами.
Искушенный в делах военного лицензирования, Клаус сразу понял, в чем ошибка Марсалесов, и натравил на них инспекцию Лицензионной Ассоциации. Началось серьезное разбирательство, и корабли, опасные своими пушками, теперь были вчистую списаны с баланса боевых действий.
— Там чистая вода или мель? — спросил Клаус, указывая на большую плешь темно-синего цвета.
— Там магнитная расщелина, сэр. Суда стараются обходить ее стороной, — пояснил один из картографов.
— Тогда пометьте ее как непроходимый участок.
На месте гарпунной пушки у «Пеликана» стоял трофейный пулемет. Ответственным за смазку оружия был поставлен Лаки Флинт, и теперь он постоянно сшивался возле пулемета с масленкой в руках, а вся палуба в носовой части судна была залита ружейным маслом.
Вместо раненого Саймака кораблем управлял снятый с другого «охотника» молчаливый капитан. Он почти не разговаривал, хорошо знал морские участки и проходил их, не сбавляя скорости.
— Внимание, я «стриж», вижу на радаре отметку. Похоже на самолет, — сообщил пилот-разведчик.
— У нас нет проблем с авиацией, «стриж», — отозвался Клаус.
— Это так, сэр, но эта лодка идет прямиком к гнезду Марсалесов.
— Ну, если хочешь, подойди ближе и посмотри, хотя самолет нам не мешает.
На исходе девятого часа полета Люция устала настолько, что заснула в кресле, положив голову на плечо Карлу. В другом случае он постарался бы отстраниться от девушки, но на этот раз сидел не шевелясь — ведь пока Люция спала, она не донимала его своими капризами и провокациями.
«Ничего, — думал Карл, — приедем на место и уж там отоспимся…» Его начальник, Генри Пипон, говорил, что у дона Марсалеса было полно своей охраны и что они в любом случае возьмут Люцию под свою опеку.
— А что же будем делать мы? — спросил Пилона Карл.
— Не знаю. Зависит от того, как себя покажете, а то местные могут отправить вас чистить креветок. У них это запросто…
Карл попытался представить человека, который попробует заставить его чистить креветок, и улыбнулся. Живым такого человека он представить не мог.
Неожиданно послышался какой-то странный щелчок, и правый двигатель самолета изменил тональность. Карл напряг слух, однако больше ничего такого не происходило, и самолет продолжал лететь. Охранник посмотрел на часы. Лететь оставалось не более сорока минут. Карл успокоился, и в этот момент послышался еще один щелчок, но уже слева, и теперь стало отчетливо слышно, что оба двигателя работали тише.
Почувствовав опасность, проснулся Рауль. Он потряс головой и спросил:
— Что-то не так или мне показалось? Карл покосился в иллюминатор и сказал:
— По-моему, мы теряем высоту.
В этот момент в салон вошел пилот, но не тот, что целовался с Люцией, а другой, постарше. По его лицу было видно, что они попали в неприятную ситуацию.
— Ну, говори, — подтолкнул его Рауль.
— Бензопровод блокирован…
— Что это значит?
— Дозатор сломался и полностью перекрыл топливо.
— Какие у нас варианты?! — не выдержал Карл. От его громкого голоса Люция зашевелилась, но не проснулась, а лишь поудобнее устроилась на его плече.
— Пока мы идем на резерве и можно попытаться дотянуть, но, если топливо кончится в воздухе, мы упадем и разобьемся.
— Другой выход есть?
— Можно садиться прямо сейчас. Вызовем по радио людей дона Эрнандо и будем ждать.
Рауль и Карл переглянулись. Теперь, когда предстояло возвращение на воду, ответственность за сохранность Люции снова ложилась на их плечи.
— Садитесь, — сказал Карл. — И пусть дон Эрнандо поскорее высылает подмогу — места здесь неизвестные.
Карл посмотрел в иллюминатор и увидел в каких-нибудь пятидесяти метрах от лодки небольшой самолет. Он летел параллельным курсом и покачивал крыльями.
— Это что такое? — спросил Карл у пилота. Тот пригнулся к иллюминатору и сказал:
— Это наши враги — компания «Лос-Флоридос».
— Все равно садись, этот самолет не нанесет нам вреда. На первый взгляд он не опаснее букашки.
Когда большая лодка стала заходить на посадку, ее увидели все, кто находился на палубе. Клаус повернулся к капитану и показал в сторону темнеющей в небе точки.
Капитан понятливо кивнул и, скорректировав курс «Пеликана», добавил машине оборотов.
Клаус вызвал на палубу четверых стрелков, ветеранов недавнего боя, а Флинта, напротив, отослал вниз.
— Но я хочу реабилитировать себя, товарищ! — пробовал возражать Лаки, однако делал это издалека, уже по пути к ведущему вниз трапу.
— Что видно, «стриж»? — спросил по рации Клаус.
— Еще несколько секунд, сэр, и он коснется воды.
— Это грузовое судно или пассажирское?
— Судя по всему, пассажирское, но при посадке можно определить точнее. Посмотрим, сколько будет брызг.
— Как наш курс?
— Возьмите два градуса влево и придете точно к лодке.
