– Мы намекнули Джарлаксу, что в необжитых землях он найдет, быть может, лучшее применение своим талантам и заработает себе доброе имя и награду, не говоря уж о приключениях.
– Есть старая поговорка о том, что совет дракона – все равно что приказ, – заметил Кейн.
Криво улыбнувшись, Тазмикелла посмотрела на сестру. Та уставилась на Кейна с нескрываемой ненавистью.
– Ладно, мы знаем Энтрери и Джарлакса, – признала наконец Тазмикелла. – Сейчас у нас нет с ними дел, но раньше мы действительно нанимали их. Если же тебя интересует их подноготная, мастер Кейн, то почему было не прийти до начала торже…
Монах взмахом руки прервал ее, и гордая драконица должна была собрать всю свою волю, чтобы не вспылить.
– Вы здесь живете с разрешения короля Гарета, помните об этом, – заметил Кейн. – Мы с вами не враги. Вы были дружески приняты в число граждан Бладстоуна и пользуетесь нашим доверием.
– Что-то твои предостережения плохо сочетаются со словами о доверии, магистр Кейн, – вставила Ильнезара.
– Вы скрыли, что наследие Женги вновь пришло в этот мир. И это принято во внимание.
– Ну и?…
Кейн внезапно встал на стуле во весь рост и отвесил глубокий поклон.
– Я очень прошу вас осознать, что пришло тревожное время.
– Ты смотришь на этот мир, как человек, – сказала Ильнезара. – Для вас бедствия в самом страшном случае длятся годы, а не десятилетия или века. Только это и оправдывает твою тревогу.
Похоже, Кейна ее слова не задели, но и особого впечатления тоже не произвели. Он снова сел.
– Замок этот был, несомненно, самым заметным проявлением Женги, будь проклято его имя, за все время после его падения, – сказал монах.
– Для нас и сам Женги не представлял собой ничего заметного, – возразила Ильнезара. – Лишь временное неудобство, всего-то.
Даже Тазмикеллу ошарашило это хвастливое заявление, совершенно не соответствующее истине. Обе драконицы вздохнули с облегчением, когда Женги был побежден, ибо так страшно им не было с тех самых пор, как красный дракон Аспирадимус и трое его отпрысков улетели, наконец, в горы Западной Дамары за четыреста лет до воцарения короля-колдуна.
– Наверное, сударыня, мы измеряем наши бедствия неделями и годами потому, что это все, что нам отпущено, – проговорил Кейн. – По вашим меркам наш век короток, но для нас он достаточно долог. Замок Женги меня не очень беспокоит, поскольку он обезврежен, и я убежден, что, какие бы козни король-колдун ни оставил после себя, Дозорные и Армия Бладстоуна сумеют с ними справиться.
– И все же ты пришел к нам, – проговорила Тазмикелла.
– Потому что так мы противостоим своим бедствиям, – ответил Кейн, и впервые его бесцветный голос слегка окрасился чувством – в нем послышалась нотка сарказма.
– Тогда умоляем, поведай о своей беде, – покровительственным тоном произнесла Ильнезара.
Кейн довольно долго смотрел на нее, но так и не ответил.
– Расскажи же, почему ты пришел к нам в гости, – нарушила молчание Тазмикелла, прекрасно понимая, что Кейн себя гостем не считает.
– Очень странно, что этот дроу и человек, которых вы наняли, вышли из замка невредимыми, тогда как племянница короля Гарета, рыцарь Ордена, осталась там, – промолвил он. – Очень странно, что они вышли из замка, а Странник Мариабронн, почитаемый герой нашей земли и ученик Ольвена, – нет. Если я не выясню обстоятельств гибели Эллери, значит, я плохой слуга своему королю и другу. И если я не выясню обстоятельств гибели ученика Ольвена, значит, я ему плохой друг. Так что никакой тайны в том, почему я к вам пришел, нет.
Сестры переглянулись.
– Вы можете поручиться за этого человека и дроу? – спросил Кейн.
– Они нас не подводили, – ответила Тазмикелла.
– Пока, – добавила Ильнезара.
Тазмикелла внимательно наблюдала за Кейном. Но догадаться о его чувствах по выражению лица было все равно что пытаться найти след на гранитной плите.
– Сказать по правде, мы не так уж хорошо с ними знакомы, – призналась она.
– И в Дамаре они оказались не из-за вас?
– Конечно нет, – хором ответили сестры.
– Мы узнали о них, когда они уже появились в Гелиогабалусе, – продолжала Тазмикелла, – и решили обратить их способности себе на пользу. Разве Дозорные действуют не так же? Не найми их мы, наверняка нанял бы твой друг Селедон.
– А в своем деле они действительно мастера, – прибавила Ильнезара.
– В воровстве?
– В снабжении, – поправила Тазмикелла.
Кейн едва заметно усмехнулся. Затем опять рывком встал, поклонился и, не сказав более ни слова, покинул дом драконицы.
– Эти двое сами себя погубят, – проговорила Тазмикелла, когда он был уже далеко.
– Это точно, – с неожиданной озабоченностью в голосе согласилась сестра, глядя вслед уходящему монаху.
Да, мало кто во всем мире так может подействовать дракону на нервы, как монах высокого ранга.
– Ты слышала о сражении у Большого Брода? – спросила Ильнезара. – Два красных дракона и могучий белый едва не разбили наголову отряд Гарета.
– Но на помощь поспешил магистр Кейн, – продолжила Тазмикелла. – Он вызвал на себя дыхание обоих, лед и пламя, но избежал и того и другого.
– И обманул драконов, заставив их выдохнуть друг на друга.
