Незнакомец был одет отменно даже по меркам дамарской знати, оставаясь при этом чистокровным орком. Держался он с необычайным достоинством, как королевский посланник или дворецкий какого-нибудь аристократического дома Глубоководья. Все это стражники-полуорки на северной стене Палишука подметили, наблюдая за приближением необычного гостя. Несколько луков нацелились на него, но орка, казалось, это ничуть не смутило, и, подойдя к воротам и отвесив церемонный поклон, он показал стражникам туго скрученный свиток.
– Мое почтение, – проговорил он на превосходном общем языке с каким-то странным акцентом. Обычно орки гнусавят из-за того, что носы у них сплюснутые, с большими ноздрями, а этот говорил манерно. – Покорнейше прошу пропустить меня в ваш достойнейший город, а если это невозможно, то прошу позвать ваших предводителей.
– А что у тебя за дело? – гаркнул один из стражников.
– Вполне очевидно, что это послание, сударь, – ответил орк, поднимая руку со свитком, – и мой господин уполномочил меня прочитать его один-единственный раз.
– Тогда прочитай его нам, и мы, быть может, пропустим тебя, – предложил стражник, – а может, и нет.
– А может, пригласим Уингэма и Совет, – подхватил второй.
– А может, и нет, – добавил первый.
Орк с достоинством выпрямился, подбоченясь, но разворачивать пергамент не стал.
– Ну? – поторопил его стражник.
– Мой господин уполномочил меня прочесть послание один-единственный раз, – повторил орк.
– Тогда тебе не повезло, – объявил стражник, – потому что мы не пустим тебя в город и не станем попусту беспокоить Совет, пока не узнаем, что тебе нужно.
– Я подожду.
– Долго же тебе придется ждать, чистокровный!
Орк равнодушно пожал плечами.
– Дурак, ты ж до смерти замерзнешь, стоя у ворот.
– Это лучше, чем ослушаться господина, – невозмутимо ответил орк, и стражники удивленно переглянулись.
Орк тем временем поплотнее закутался в роскошный, отороченный мехом плащ и повернулся спиной к ветру.
– Кто же твой господин, что ты готов из-за него замерзнуть?
– Его величество Артемис Первый, разумеется.
Стражник выпучил глаза и беззвучно повторил слова орка. Оглянувшись на товарищей, он увидел, что они ошеломлены не меньше.
– Тебя послал Артемис Энтрери? – спросил он.
– Безусловно, нет, простолюдин, – ответил орк. – Говорить с королем я недостоин. Я служу лорду Джарлаксу.
Оба старших солдата скрылись за стеной.
– Проклятые чужаки с самого начала все это придумали. Устроили себе здесь королевство, – пробормотал один.
– Создать королевство и просто объявить об этом – разные вещи, – возразил второй.
– А откуда тогда они взяли этого? – мотнул первый головой в сторону орка. – Только погляди на него и послушай, как говорит. Он не из тех, на которых охотятся в тундре любители наживы.
К ним подошел третий стражник.
– Я иду за Уингэмом и советниками, – объявил он. – Пусть сами посмотрят. И послушают, – добавил он, выглянув из-за стены.
Через полчаса на северной площади Уингэм, Аррайан, Ольгерхан, старейшины Палишука и большинство жителей города наблюдали, как странный гонец чинно входит в ворота.
– Только цветов не хватает, – шепнул Уингэм Аррайан, и та, несмотря на всю серьезность происходящего, не удержалась и хихикнула.
Не обращая ни малейшего внимания на смешки и перешептывания, орк прошествовал на середину площади, принял театральную позу, и широким жестом развернул пергамент, держа его обеими руками.
– Слушайте, слушайте! – провозгласил он. – Слушайте, добрые граждане Палишука в стране, ранее известной как Вааса!
Послышался гомон.
– Что значит «ранее известной»? – шепнул Уингэм.
– Никогда не верь дроу, – прошептал в свою очередь Ольгерхан, перегнувшись к нему через плечо Аррайан, которая сразу стала серьезной.
– Король Артемис Первый провозглашает вечные и нерушимые права Палишука и его жителей! – продолжал орк. – Его величество не притязает на ваш славный город, не требует дани и разрешает вам свободное перемещение по всем дорогам, мостам и открытым пространствам на всей территории Д'эрт.
– Д'эрт? – повторил Уингэм, покачивая головой. – Дроуское слово.
– Разумеется, исключая те дороги, мосты и пространства, что пролегают вблизи и внутри стен замка Д'эрт. Но даже там палишукцев будут рады принять по особому приглашению, – добавил он. – Никого из вас король Артемис не считает врагом, и он горячо желает, чтобы его правление было отмечено процветанием и благоденствием как д'эртианцев, так и палишукцев.
– Что он несет? – шепотом обратился Ольгерхан к старому полуорку.
– Полагаю, будет война, – ответил старик, много повидавший на своем веку.
– Это безумие, – шепнула Аррайан.
– Нельзя верить дроу, – назидательно повторил Ольгерхан.
Девушка поглядела на дядю, но тот пожал плечами и молча дослушал чтение грамоты, в конце которой в основном перечислялись эпитеты его величества короля Д'эрт Артемиса Первого – великий, несравненный, бесподобный и так далее.
Закончив чтение, орк отпустил нижний край пергамента, с шумом свернувшийся в тугую трубку, которую глашатай сунул под мышку, и принял горделивую позу.
