Гарет протянул руку, и чародей вытащил из-под мантии свиток, найденный на сиденье трона в замке. Король жестом попросил друзей сойти с возвышения и снова вызвал дроу. Через минуту Джарлакс опять предстал перед ним, держа в руках свою огромную шляпу.
Гарет бросил ему свиток со словами:
– Твоего ума хватило бы и на двоих.
– Я жил в Подземье, – с лукавой улыбкой ответил Джарлакс, – моего ума хватило бы на сотню, поверь.
– Тебе же хуже, потому что, исходя из этого подозрения, я решил, что вы с Артемисом Энтрери виновны в произошедшем на севере Палишука.
Казалось, Джарлакс нисколько не удивился, и соратники Гарета невольно подобрались, готовые дать отпор.
– Но мы не знаем, в каком именно преступлении вас обвинить, – продолжал король. – Поэтому ради блага моей страны я принял единственно возможное решение. Вы изгоняетесь из земель Бладстоуна и должны покинуть эту страну в течение десяти дней.
Джарлакс, пожав плечами, спросил:
– Мой друг тоже?
– Артемис Энтрери или дворф? – уточнил Гарет.
– А, так Атрогейта схватили! – воскликнул дроу. – Хорошо! А то я переживал за беднягу, ведь он волей обстоятельств оказался впутан в дела Цитадели Убийц.
Гарет молчал.
– Я, конечно, имел в виду Артемиса Энтрери, – пояснил Джарлакс. – Он наказан так же, как я?
– Мы думали о более суровой каре, – заметила Кристина.
– Так же, – ответил Гарет. – Несмотря на то, что незаконно провозгласил себя королем он, замок был назван твоим именем. Схожие преступления, одинаковое воздаяние.
– Что ж, справедливо, – с поклоном согласился дроу.
– А если и нет? Неужели ты думаешь, что королю важно, что ты думаешь о его суждениях? – бросила Кристина.
Джарлакс одарил ее такой безмятежной улыбкой, что королева беспокойно передернула плечами.
– Что ж, тогда еще одно небольшое дельце, – сказал он. – Я хотел бы забрать с собой и дворфа. Он ведь не закоренелый преступник, хоть и выяснилось, что был связан с Цитаделью.
– Ты что же, торговаться вздумал?! – негодующе воскликнула королева.
– Но у меня есть что предложить взамен, – заверил ее Джарлакс и вытащил из кармана жилета свиток.
Кейн подошел ближе, и дроу без промедления передал ему пергамент.
– Это карта тайного убежища Цитадели Убийц, – пояснил он.
– И откуда же она у тебя? – спросил Гарет, удивленный не меньше остальных.
– Я так умен, что вашему величеству и не представить, – улыбнулся дроу и запустил руку в шляпу. – К тому же у меня есть невидимые друзья, – добавил он и, достав какой-то предмет, поставил его на ступеньку перед троном.
Это была голова Нелликта.
Подождав, пока смолкнут удивленные и испуганные возгласы, Джарлакс поклонился королю и сказал:
– Я согласен принять наказание, но прошу уступить мне дворфа за карту и голову мага. Хоть я уже и передал их тебе, уповаю на то, что ты привык играть честно. Я покину эту страну, но не забудь, Гарет Драконобор, король Дамары, а теперь еще и Ваасы, что благодаря мне ты стал сильнее, а враги твои – слабее. Я не жду ни благодарностей, ни даров – только отдай мне одного несносного дворфа, который тебе все равно не нужен. Ты хочешь, чтобы мы ушли, – мы уйдем, получив заслуженное, навстречу новым приключениям.
Темный эльф отвесил глубокий поклон и, выпрямляясь, нахлобучил шляпу на свою блестящую макушку.
Гарет не мигая смотрел на голову Нелликта, не в силах поверить, что кто-то, пусть даже дроу, смог так круто расправиться с могущественным чародеем.
– Кто же ты такой? – проговорила Кристина.
– Я? Владыка мира, а вы не знали? – усмехнулся Джарлакс. – Я появляюсь то здесь, то там. Обо мне Риордан Парнелл сложит самые необыкновенные песни, а те, кто хоть раз столкнулся со мной, будут вспоминать об этом всю жизнь, так и не поняв, кто же я на самом деле. Я не желаю вам зла и не желал никогда. Я не делал ничего во вред вам и обещаю не делать и впредь. Вы хотите, чтобы мы исчезли, – так мы и сделаем. Но отдайте, пожалуйста, дворфа на мое попечение и передайте Риордану, чтобы пел обо мне хорошие песни.
В зале воцарилось молчание.
И Джарлакс ушел.
Дверь камеры распахнулась, и Энтрери, подняв взгляд, увидел в проеме мастера Кейна с холщовым мешком на плече.
– Вот твои вещи, – объявил монах, сбрасывая мешок к ногам пленника.
Энтрери поглядел на мешок, потом на Кейна, но не сказал ни слова.
– Ты свободен. Все твои вещи здесь, включая твоего странного скакуна, кинжал и меч. Все, что было при тебе, когда тебя взяли.
С подозрением посматривая на неожиданного посетителя, Энтрери заглянул в мешок и увидел богато украшенное навершие Когтя Шарона. Он понял, что это не обман, едва взялся за рукоять и почувствовал, как собственная воля клинка вторглась в его мысли.
– Когда я поднял этот меч, мое уважение к тебе возросло многократно, – сказал Кейн. – Мало в мире людей, способных владеть таким оружием и не стать его рабом.
– Но ведь ты взял его без труда, – заметил Энтрери.
– Я выше подобных вещей, – ответил монах.
Убийца между тем вытащил из мешка
– Твой плащ сделан дроу? – поинтересовался Кейн. – Ты жил среди дроу, в их земле?
