Из кухни выплыл восхитительный запах куриной запеканки. Взглянув на часы, она с удивлением увидела, что уже половина десятого. В доме сидела Тори и складывала в стопку конверты. Она потратила весь вечер на письма с отказами от участия в соревнованиях и размышления о том, какие счета оплачивать в первую очередь.
- Бедная малышка, ты выглядишь такой разбитой, - сказала она Фен. Давай выпьем перед ужином.
Фен посмотрела на счета.
- А мы можем себе это позволить?
- Я думаю, да. В данный момент, по крайней мере. Меня просто бесит, что за конюшни за границей надо платить заранее. Мы не можем тратить такие деньги.
Открыв бутылку красного вина и наполнив два стакана, Фен рухнула в кресло у печи. Хотя уже наступил апрель, все равно было холодно. Волк, который скучал по хозяину даже больше, чем Макулай, забрался на колени к Фен.
- Бедный старичок, - сказала Фен, прижимая к себе дрожащее мохнатое тело.
- Как Мак? - спросила Тори, отцеживая брокколи.
- По прежнему не в своей тарелке. Разрушен весь образ его жизни. О-ох, - Фен вскрикнула, когда Волк, услышавший звук подъезжающей по дорожке с гравием машины, соскочил с коленей, поцарапав ей своими длинными когтями бедро. В следующий момент он открыл заднюю дверь и с яростным лаем помчался во двор.
- Кого это черт несет? - спросила Фен.
- Волк наверняка его знает. Он перестал гавкать.
- Можно войти? - раздался голос Мелиза.
- О, дьявол, - пробормотала Фен, - он будет думать, что мы только то и делаем, что часами едим и болтаем.
- Привет, - от природной застенчивости Тори покрылась густым румянцем. - Ты вовремя пришел. Мы как раз открыли бутылку. - Она наполнила еще один бокал.
Мелиз уселся за выскобленный стол, наслаждаясь теплом и умиляясь детскими рисунками и фотографиями лошадей из газет на пробковой доске, стоящей рядом с розетками, количество которых уже увеличилось за этот год, и им не хватало места в шорной. Он бросил взгляд на стопку конвертов.
- У тебя много работы.
- Писала отказы от соревнований. Может быть хоть какие-нибудь деньги вернем. Почему бы тебе не остаться на ужин? - Тори запнулась. - У нас много еды.
- Уверен, что недостаточно.
- Тори всегда готовит на пять тысяч и всегда чудесно, - сказала Фен.
Мелиз вдруг почувствовал, что не ел весь день.
- Тогда было бы чертовски здорово.
- У нас только курица, - извиняющимся голосом сказала Тори.
- Я достану. - Фен подошла к печи. "Типичная Тори", - подумала она, доставая четыре огромных запеченых картофелены и большой кусок запеканки.
- Прекрасное блюдо, - проговорил Мелиз, накладывая масло на запеченую картофель. - Как Макулай?
- Весь опустошенный. Скучает по соревнованиям. Каждый раз, когда в шорной звонит телефон, он начинает галопом скакать по полю.
- Слушай, превосходно, Тори. Я не понимал, как я голоден. Кстати, я только что был у Джейка.
- О, как мило с твоей стороны. Как он?
- По прежнему жалеет себя, раздражен и уставший.
- И по прежнему сильная боль? - спросила Тори.
- Да, но сейчас я подкинул ему кое-что, что отвлечет его мыслей о ноге. Фен, подготовь-ка завтра лошадей. Он согласился разрешить тебе на них прыгать.
- Бедный Джейк. Я сегодня утром ездила к нему. Он выглядел ужасно. Что ты сказал? - Она замерла с куском морковки на половине пути ко рту.
- Он собирается разрешить тебе скакать на лошадях.
- Г-где? - Фен начала заикаться.
- Рим, Париж, Винсдор, Барселона, Критлден, Люцерн - как раз для начинающих.
Фен закрыла и открыла рот, затем повернулась к Тори.
- Это правда?
Тори засмеялась и крепко обняла ее.
- Если Мелиз говорит, значит должно быть правдой.
- Но мы не можем себе этого позволить.
- Можете, можете. Ты будешь прыгать как член команды Англии, так что эти расходы будут оплачены, и если я что-нибудь смыслю в этом деле, то скоро ты сама будешь с деньгами.
Фен недоверчиво посмотрела на него. - Спасибо, - сказала она дрогнувшим голосом. Затем, вскочив на ноги и споткнув шись о Волка, она выбежала во двор, бормоча, что ей надо пойти и рассказать все Макулаю.
- О, Боже, прости меня, - молилась она, уткнувшись лицом в шею Макулаю, - я не это имела в виду, когда говорила, что хочу бросить скачки.
На следующий день Фен погрузила Макулая в трейлер и поехала в Оксфорд. Не спрашивая ни у кого разрешения, она вывела его из бокса в Вудсток Роуде и поскакала верхом прямо по изумрудно-зеленой и ровной, как биллиардный стол, лужайке у госпиталя, по кавалерийски перескакивая через клумбы темно-красной желтофиолы. Подъехав к окну палаты Джейка, она постучала.
