Пока мы говорили, Дайнар куда-то исчез с арены. А наги, до этого спокойно сидевшие на трибунах, обсуждая увиденное, двигались к выходу.
Представление закончилось. Можно и по домам, да?
Я замерла посредине прохода, но никто не сказал мне ни слова. Кто-то смотрел, кто-то опускал глаза при приближении, но все обходили, будто вокруг меня существовал невидимый барьер.
Поток нагов иссекал, но Дайнара нигде не было видно.
Если они его на выходе решили тихонько устранить!..
Я злилась, боялась, гнала плохие мысли, и в какой-то момент опять почувствовала, как силы начали меня покидать.
В подземном городе опять дождь?..
Но в этот раз самостоятельно успокоиться не получалось, да и как?
У меня уже рябило в глазах от медно-рыжих волос проходящих мужчин, но моего, который мог бы сказать, что все закончилось, все уже хорошо — не было.
Ноги, эти чертовы предатели, опять подогнулись.
Шатаясь, я подошла к одному из кресел, удивляясь, что меня спокойно пропускают, все также, не произнося ни слова.
«А ничего, удобно тут сидится,» — успела подумать я и… отключилась.
Тепло, сухо и мягко. В таких условиях приходить в себя мне нравилось.
Голова лежала на чем-то мягком. Осторожное движение пальцами показало, что я укрыта одеялом.
Конечно, я невероятно смелая, умная и далее по списку, но… Но глаза открывать все равно было… нет, что вы, не страшновато, просто…
Вдоль ноги, обвивая ее, скользнуло что-то теплое, а я только сейчас поняла, что кто-то все время обнимал меня, обжигая своими пальцами мой голый живот.
— Если этот хвостяра и рука не принадлежат моему мужу, они сейчас полетят из ближайшего окна… Даже если в вашем подземном городе нет окон.
Кто-то насмешливо фыркнул возле моей шеи, отчего тут же во все стороны разбежались мурашки.
Предатели! Куда вы? Вернитесь! Мы же еще не знаем, мой там Дайнар или какой-то посторонний.
Фыркальщик молчал, начав рисовать круги на моем животе, а мне все же пришлось открыть глаза.
Я лежала на огромной кровати, укрытая объемным, но очень легким одеялом, а еще согреваемая теплой рукой, мужским торсом, прижавшимся к моей спине и хвостом, замершем с внутренней стороны бедра…
Хм. О чем я там?..
Комната была другой. Светлые белые стены, высокий потолок…
Да что за наглый хвост!
— Эй!
Я возмущенно обернулась, когда рука обнимающего меня нага решила встретиться с хвостом в месте для этого не предназначенном.
Дайнар (ну, конечно, это был он, что я своего мужа по фырканью не узнаю?) подпирал рукой голову и насмешливо глядел на меня, вызывая смутные сомнения, что он полузмей, а не полукот.
— Будешь отрывать хвост и руку? — поинтересовался он.
— А ты успел дать мне развод?
Он усмехнулся, демонстрируя заострившиеся клыки.
— У нагов не бывает разводов, а любому пожелавшему тебя забрать я могу голову откусить. Даже твое разрешение есть.
— Может, я его на один раз давала? — улыбнулась я, полностью разворачиваясь к Дайнару и царапнув его по груди.
— Тогда придется придумать что-то, кроме откусывания головы.
Я лежала и не могла перестать улыбаться. Он рядом. Цел и, судя по опять приобнявшему меня хвосту, невредим.
— Как же мне нравятся кровожадные разговоры с утра пораньше, — хмыкнула я, делая вид, что не замечаю, как его рука, под прикрытием одеяла, опускается мне на талию.
— Не хочу тебя расстраивать, но сейчас вечер.
Еще раз оглядев комнату, я с удивлением обнаружила закрытые шторы. В прошлой спальне такого изыска не было, собственно, как и окон.
— Расскажешь, что произошло, и где мы?
Лицо Дайнара стало… сложным.
— Если совсем коротко: поздравляю. Теперь у тебя есть свой особняк.
— А если более развернуто?
— Нас попросили покинуть подземный город, и чтобы мы точно не откладывали свое отбытие, Ирсан, тот самый наг, который хотел взять тебя в младшие жены, подарил один из своих домов. И поспособствовал, чтобы я поскорее принял во владение все имущество, что у меня было до заключения договора с магом.
Теперь, думаю, сложным лицо стало у меня.
Что меня удивляет больше: наличие жилплощади, предположительное звание младшей жены или благосостояние моего мужа? Ну кого я обманываю? Конечно, второе.
— У нагов же мало женщин, — нахмурившись напомнила я.
— Принцам позволено чуть больше, чем остальным, — хмыкнул Дайнар, и я кивнула.
Ну да, никогда такого не было, и вот опять.
— Так, погоди, — с опозданием дошло до меня. — Мы больше не в вашем городе? Не под землей?
Он улыбнулся.
— Сейчас мы в славном человеческом городе Хайсафе.
Я кинула быстрый взгляд на задернутые шторы, и Дайнар поинтересовался:
— Хочешь посмотреть?
Конечно, я хотела.
Он не дал мне подняться самостоятельно.
Поднял на руки и сам заскользил к окну.
— Сильно не раздвигай. Не хочу, чтобы кто-то видел тебя в ночной рубашке.
Кивнула, мысленно оставляя себя заметку, спросить, чьи наглые руки меня переодели, но, кажется, я знала ответ.
Окна выходили на большую площадь, где, как муравьи, сновали туда-сюда множество… существ.
— У него уши! — удивленно заметила я, оборачиваясь к Дайнару.
— У тебя тоже, — отозвался он и прикусил обозначенную часть, видимо, чтобы я не перепутала.
— Но у него эльфячьи!