— Еще раз назовете его временным, вам понадобится стоматолог, — мой голос прозвучал отстраненно, но что-то, видимо, было в моем взгляде, раз собеседник неодобрительно поджал губы и кивнул.
Конечно, я не собиралась выбивать ему клыки самостоятельно, но сейчас я чувствовала в голове небывалую легкость. Казалось, я могу все.
Я была действительно уверена, что причастные к суду наги облысеют. Что, если я захочу, у Ар Хаши посыпятся зубы. Могут одновременно, могут по очереди.
Я могла сжать кулак, и сердце нага, что угрожал моему Дайнару, остановится…
Как странно держать чужое сердце в своих руках!
Я незаметно покосилась на собственные пальцы. Не сжимать. Не нужно…
Тряхнула рукой, словно убирая запутавшуюся паутинку, и выдохнула.
В голове шумело. Стало сложно сосредоточиться на разговоре, но все еще казалось важным решить все мирно.
О чем там говорил Ар Хаши, который почему-то начал хмуриться и вглядываться в мое лицо?
— Следы? — вспомнила я, коснувшись своей шеи. — Вы же не думаете, что это сделал Дайнар?
— Он допустил это. Не смог защитить, — кивнул мужчина. — Значит, виновен.
— Давайте еще винить его, если я задену тумбочку и поставлю себе синяк? Какой негодяй! Не убедился, что у мебели нет острых углов… Ар Хаши, я пришла в этот мир с мужем и…
Мои слова прервал звук ударивших друг о друга сабель.
Дура! Вместо того чтобы болтать, нужно было что-то делать…
Мужчины кружили по арене, стараясь пропороть друг друга железками.
— Ар Хаши, остановите это!
— Это не в моих силах, уважаемая. Только участники могут прервать бой. Либо один из них упадет замертво, либо один из них добровольно покинет круг.
Пока мысли судорожно бились в голове, наги продолжали сражаться. Выпады, защиты, атаки… Я едва успевала понимать, что происходит. Но сверху, еще и на той скорости, что они развели, не представляла, какой из рыжиков мой…
Может понос наслать? Вряд ли с ним долго побегаешь. А там и техническое поражение за то, что покинул круг…
Но на кого насылать? Который, из двух стремительных фигур, мой Дайнар?
Один из мужчин едва увернулся от лезвия, а мое сердце екнуло.
Да что собственно думать?! Пусть ляжет на всех, кроме мужа!
Голова закружилась, а ноги совсем подкосились.
Вот только не у меня одной.
Рядом рухнула стража, сжимая животы. Начали с болезненным стоном сгибаться мужчины, сидящие на рядах возле меня… Лицо Ар Хаши стало совсем уж белым, а по лбу скатилась капелька пота.
— Прекратите, у…уважаемая, — простонал он, держась одной рукой за стену, а другой за живот.
— Остановите бой, — отозвалась я, сползая на пол, и чтобы уж совсем не лечь, опираясь затылком на перила, ведущие к самой арене.
— Это невозможно, — с заметным трудом прошептал Ар Хаши, прикрывая глаза.
— Значит, я тоже не могу прекратить, — пожала я плечами, изображая легкость, которую не чувствовала.
Силы стремительно покидали меня.
Стало так сложно ориентироваться, где пол, где потолок… Если бы не откинутая на перила голова и собственные руки, выставленные для опоры, я бы давно валялась на полу.
— Вы угробите себя!
— Значит, бой тем более не имеет смысла, — прошептала я, едва шевеля губами.
Перед глазами стало темно. Кажется, они еще были открыты, только картинка пропала…
А потом моего плеча, а потом и виска что-то коснулось. Неужели пол?
— Остановить бой! — проорал Ар Хаши.
Звук, с которым металл бился о металл, исчез.
Остановить, значит, остановить…
Не знаю, как это работает, но то, что у меня получилось снять свое же колдовство, я поняла лишь по волне облегченных выдохов.
Кто-то коснулся моей шеи, словно проверяя пульс.
— Зовите медиков, пусть принесут носилки, — распорядился этот кто-то голосом Ар Хаши.
Чтобы, как только меня унесут, продолжить бой? Да счаз!
— Я останусь до окончания суда, — произнесла я, едва слышно.
— Уважаемая, — в голосе была слышна едва сдерживаемая ярость, — вы и так превратили заседание в балаган. Не усугубляйте. Вы и так уже почти при смерти! Мы справимся без вас!
Напугать и быть унесенной медиками? Нет.
Сил, чтобы что-то ему сделать категорически не хватало, но его пальцы все еще касались моей шеи.
Как там делал Дайнар? Делился силой? А забирать ее насильно можно?..
Я глубоко вздохнула, чувствуя, как одновременно с воздухом, кровь, расходясь от места прикосновения, начинает горячиться.
Картинка перед глазами прояснилась, и я смогла увидеть, как лицо Ар Хаши перекосило, а он отшатнулся.
— Вытягивание силы из разумных запрещено! — выдохнул он, отодвигаясь дальше.
— Распоряжаться свободной женщиной, с кем ей быть — тоже, — цыкнула я, и, что удивительно, нашла в себе силы, чтобы подняться.
Все в этом подобии Колизея смотрели на меня. В том числе главные клоуны… Ой, простите, бойцы.
Я махнула рукой, надеясь, что Дайнар повторит… И я пойму, кто из двух рыжеволосых мой муж.
Поняла.
Нехорошо получилось…
Кажется, когда я их прервала, как раз он и одерживал победу… Ну… что я могу сказать в свое оправдание? Я против убийств?