Ира уже минут пять ходила следом за мной, сначала терпеливо выслушивая, а после требуя какую-то другую правду. Эта ее ну никак не устраивала.
Я молча отодвинула подругу от комода и сложила внутрь не пригодившуюся одежку. Вот что ей ответить? Мое терпение подходило к концу.
— Да что такое, Лер?! Признайся уже, что никаких сокровищ там не было. Ты же знаешь, что мне можно рассказать как есть. Или просто сказать, что это не мое дело.
— Окей, — оторвалась я от потрошения рюкзака. — Это не твое дело.
Оценив ее оскорбленный вид, я со злостью вытащила зацепившийся за молнию пакет с умывальными принадлежностями.
Под обиженное сопение дошла до мусорки, скомкала порвавшуюся упаковку и швырнула в ведро.
Идти в моей студии хоть и было недалеко, но «проветрится» и «остыть» я успела.
— Думай как хочешь, но мужик с хвостом вместо ног там был, — сообщила я, направив на нее щетку и зубную пасту.
— Ты чокнулась, — Ира помотала головой, тут же включаясь в разговор. — Дима сказал, что ты внезапно засобиралась домой и угрожала даже такси в глушь вызвать.
— Когда это ты с ним поговорить успела? — уперла я руки в боки, невольно задумавшись. Может, и правда ударилась головой, так что отключилась и не услышала, как Дима, сидя со мной в одной машине, разговаривал по телефону.
— Он, как приличный человек, позвонил на заправке и предупредил, что вы возвращаетесь. Мало ли какие у меня планы на вечер были!
Теперь уже она возмущенно скрестила руки на груди, меряя меня взглядом.
— А, понятно, — я фыркнула и повернулась в сторону ванной. — Ты просто бесишься, что обломилось с пустой квартирой на выходные.
— Ну разумеется! И дело вот совсем не в том, что ты говоришь, как чокнутая. Послушай себя! Тебе просто-напросто напекло голову, а ты тут же сорвалась с места, — продолжила причитать подруга, входя следом за мной.
— Щелкни свет, — попросила, убирая щетку в стаканчик и склоняясь к раковине, чтобы умыться.
Разговор ни о чем, начал раздражать. Если бы позади меня стояла не Ира, я бы давно засомневалась, а стоило ли обо всем говорить. Несмотря на вполне логичное сомнение в моем рассудке, я была уверена, что, в конце концов, она поверит мне. Или сразу не сдаст в психушку.
— Ну так что? Ты расскажешь? — раздалось просительное из-за спины.
— Ир, вот что ты хочешь услышать? — я обернулась и уже в сотый раз, как скороговорку, произнесла: — Ничего такого Дима не сделал. Как обычно, вцепился в свою железку и пошел искать несметные богатства. Я решила поставить палатку и пошла к машине, зацепилась за корягу и упала в овраг. Там у Димы, который прибежал меня вытаскивать, зазвенел его Витас. И он, Дима, а не металлоискатель, полез в какую-то дверь в холме. Внутри были сундуки с золотом, а еще парень с хвостом вместо ног. Дима его огрел по голове своей железякой, и мы уехали. В какой-то момент Дима ушел в несознанку и решил «забыть» все произошедшее. Почему нет? Каждый со стрессом по-своему борется.
Я махнула рукой. Поведение парня, по мере приближения к городу озадачивало, но не настолько, чтобы сильно переживать по этому поводу.
Ира подошла поближе, с беспокойством вглядываясь в глаза, и обхватила мою голову руками.
— Лер, может, ты головой треснулась, когда падала?
— Сколько раз мне тебе повторить, что все в порядке?
Прищурившись, она развернула меня в сторону.
— Не могу разобрать, у тебя тут либо грязь на волосах, либо кровь. Может, правда стукнулась? Или это Димка тебя в овраг столкнул? Ты только скажи, я сама его уроню.
— Синицина, это ты с ума сошла, — вздохнула я, глядя на разозлившуюся подругу. — Зачем Диме меня сталкивать?
— Мало ли. Например, студию твою хочет себе захапать.
— Мы не в браке, а квартира в ипотеке, — фыркнула я на ее предположение, но все же дотронулась до своей головы, может, и правда ударилась?
Волосы ощущались странно, будто на них что-то было. Подойдя к зеркалу, я присмотрелась, нажала чуть выше виска, где на волосах что-то налипло, и тут воскликнула:
— Черт! Болит!
Не задумываясь, я включила воду в раковине и сунула голову под теплую струю. Вроде не щипало.
— Удобно. Волосы можно прямо здесь мыть. Теперь я понимаю, почему ты так стрижешься.
— Могу хоть сейчас тебя подстричь. Хочешь?
— Нет, спасибо. Вдруг ты контуженная? Одно неверное движение, и будут меня считать фанаткой Ван Гога. Показывай уже, что там у тебя.
Подруга переминалась с ноги на ногу, глядя, как я аккуратно промакиваю волосы протянутым ей полотенцем.
— Не томи, Лер. Ты вообще чувствуешь боль, головокружение, тошноту?
— Как ты точно все описала! Именно это и чувствую. Но обычно только на работе и только от глупых вопросов. Ну, что ты так на меня смотришь? Мы-то дома и вопросы у тебя умные.
Пододвинувшись к зеркалу, я присмотрелась. Волосы относительно чистые и мокрые, а больше ничего разглядеть и не удавалось.
— Эх, сразу на свету надо было рассматривать. Ир, глянь сама, раны нет? — я обернулась к подруге, но тут краем глаза заметила что-то позади себя.
Жестом попросив Иру подождать, я медленно повернула голову обратно к зеркалу и замерла.