- Конечно, - отвечает Сайрус. - Только ты должен осторожно воспринимать все. Жизнь - штука не простая. На других никогда не рассчитывай. Добивайся всего сам. Человек человеку волк, вот как в жизни получается.
- Значит, он был не прав, папа.
- Я этого не сказал. Прав он, прав и я. Только в религии ты действуешь так, а в делах - они менее важны - по-другому. И все же это христианский образ действий.
Мать поглаживает его по плечу.
- Это была прекрасная проповедь, Эдвард.
- Почти все в городе меня ненавидят, - говорит Сайрус. - Они ненавидят и тебя, Эдвард. Тебе это полезно знать уже сейчас. Больше всего им ненавистен успех, а ты наверняка преуспеешь. И они, даже не любя тебя, станут лизать тебе сапоги.
Мать с сыном укладывают краски и мольберт, а затем прохладным весенним вечером отправляются в обратный путь после поездки за город.
- Хорошо провел время, Эдди? - Ее голос сейчас, когда они одни, звучит как-то необычайно взволнованно, необычайно тепло.
- Очень, очень хорошо, мама.
- Когда-то давно-давно я мечтала иметь сынишку, отправиться с ним за город и рисовать, вот как мы с тобой. А сейчас давай-ка я научу тебя петь смешную песенку.
- А как выглядит Бостон? - спрашивает он.
- О, это большой город, грязный, холодный. А люди там всегда одеты строго.
- Как папа?
Она смущенно улыбается.
- Да, как папа. Но ты ничего ему не рассказывай о том, что мы делали сегодня.
- А разве мы сделали что-нибудь плохое?
- Нет. А теперь пошли домой. И ничего ему не говори. Это секрет.
Внезапно в нем пробуждается ненависть к ней, и все время, пока они идут обратно в город, он молчит, насупившись. Вечером он рассказывает все отцу и с каким-то наслаждением и страхом слушает, как родители ссорятся потом.
- Я хочу сказать тебе, что с мальчишкой виновата во всем ты, настраиваешь его не так, как нужно, неправильно воспитываешь. Ты никогда не могла смириться с нашим отъездом из Бостона, не так ли? И здесь нам, по-твоему, не совсем хорошо.
- Прошу тебя, Сайрус...
- Черт побери, я отправлю его в военную школу. Он достаточно вырос и может сам заботиться о себе. В девять лет мальчишка должен начинать размышлять над тем, как следует вести себя, чтобы стать мужчиной.
Айк Каммингс одобрительно кивает:
- Военная школа - это отлично. Мальчик любит слушать рассказы о войне.
Решению отдать мальчика в военную школу предшествовал разговор Сайруса с городским врачом. "Послушайте, мистер Каммингс, - сказал врач, - сейчас ничего не поделаешь, я ничего не могу придумать. Если бы он был постарше, я посоветовал бы отвезти его в заведеньице Сэлли, и пусть бы он там прошел науку".
Расставание с домом в десять лет, поезд, прощание с пыльными дорогами на окраине города, с мрачными особняками, запахом отцовского банка, бельем на веревках.
- Прощай, сын, всего тебе хорошего. Слышишь?
Он с безразличием отнесся к решению отца, но теперь едва заметно вздрагивает от прикосновения руки к его плечу.
- Прощай, мама.
Она плачет, и это вызывает у него неприязнь; сострадания почти нет.
- Прощай.
Он уезжает. С головой окунается в школьную жизнь. Чистка пуювиц, заправка койки...
В нем происходят перемены. У него никогда не было друзей среди ребят. И теперь он равнодушен к товарищам, но не застенчив. Акварельные краски и такие книги, как "Маленький лорд Фаунтлерой", "Айвенго" и "Оливер Твист", его почти не интересуют, он по ним не скучает. Он переходит из класса в класс лучшим учеником, увлекается легкой атлетикой и занимает третье место в школе по теннису. Как и отец, он пользуется уважением товарищей, хотя его не любят.
Бывают, конечно, и неприятные моменты. Вот во время субботнего утреннего осмотра он стоит вытянувшись, сомкнув каблуки у своей койки, пока мимо шествует начальник школы, сопровождаемый свитой офицеров-преподавателей. Каммингс смиренно ждет, что скажет начальник курса.
- Каммингс, - обращается к нему старший кадет.
- Да, сэр.
- Обратите внимание на бляху своего ремня.
- Слушаюсь, сэр.
Каммингс смотрит вслед старшему кадету с двойственным чувством, болезненно неприятным и отчасти даже радостным оттого, что его заметили. Загадочный вундеркинд, он выделяется тем, что не участвует в некоторых специальных мероприятиях, характерных для частной школы, в которой учатся мальчики.
Девять лет воздержания в казарме, жизнь в общих комнатах, постоянные заботы о содержании в порядке формы одежды и личного снаряжения, напряженность маршей, бессмысленные каникулы.
Каждое лето он на полтора месяца уезжает к родителям, но видит в них чужих людей, не испытывает никаких чувств к своему брату.
Мать, госпожа Сайрус Каммингс, приводит его в уныние своими воспоминаниями о родных местах.
- Помнишь, Эдди, как мы отправлялись на холм и рисовали?
- Да, мама.
По окончании школы он получает звание старшего кадета.
Дома, появившись в форме, он производит небольшой фурор. Люди знают, что он поступает в Вест-Пойнт, и указывают на него девушкам, с которыми Каммингс вежлив, но холоден. Он выглядит привлекательно, не очень высок ростом, но статен, лицо умное, волевое.
Отец вступает с ним в разговор.
