- Да, все это очень интересно, - говорит Каммингс. - Своего рода махинация... - Опустив весла, Каммингс задумывается и не заканчивает фразы.
- Нам, наверное, пора возвращаться, - говорит Мино.
Кабинет несколько меньше, чем он ожидал, в нем больше кожи, он более неопрятный. Карта Франции покрыта карандашными пометками, угод ее загнут, как у зачитанной книги.
- Я должен извиниться за эту обстановку, - говорит мужчина. (У него легкий акцент, излишняя старательность в произношении.) - Когда вы впервые упомянули о характере нашего дела, я счел нужным встретиться здесь. Особой тайны нет, но на бирже вы привлекли бы к себе внимание. Везде шпионы...
- Я понимаю. Встретиться с вами - дело не простое. Наш общий знакомый предложил господина де Вернэ, но мне кажется, он слишком далеко, чтобы решать этот вопрос.
- Вы утверждаете, что будут кредиты?
- Больше чем достаточно. Хочу только подчеркнуть, что это неофициально. Есть устная договоренность.
- Устная? Устная?
- Договоренность с компанией "Ливей кэмикл", что она вложит свои капиталы в те французские фирмы, которые сочтет полезными. Незаконного ничего нет. Вполне законная сделка, но доход, по-моему, вполне достаточен, чтобы удовлетворить "Братьев Саллевуазье" и дать вам возможность провести любые необходимые "урегулирования".
- Договорились.
- Мне, конечно, потребуются еще некоторые подробности о том, что вы предпримете.
- О, майор Каммингс, я гарантирую вам голоса двадцати пяти членов палаты депутатов.
- Мне кажется, было бы лучше, если бы до голосования дело не дошло. Есть и другие пути.
- Я считаю, что нет необходимости раскрывать вам свои пути решения проблемы.
- Господин Саллевуазье, человек с вашими взглядами, конечно, должен понимать, что огромные масштабы сделки, предлагаемой компанией "Ливей кэмикл", потребуют, чтобы вы были более конкретными. Решение создать дочернюю фирму во Франции обдумывалось давно. Вопрос в том, кто ее получит. У меня есть полномочия при условии, что вы дадите мне необходимые финансовые гарантии, заключить сделку с "Братьями Саллевуазье". Если вы не можете дать мне более определенных заверений, то, к сожалению, мне придется обратиться к кому-то другому, к кому именно - я сейчас как раз и обдумываю.
- Было бы жаль, майор Каммингс.
- Мне тоже.
Саллевуазье неловко ерзает в кресле, смотрит через узенькое оконце на мостовую.
- Есть различные пути. Например... я дам вам гарантии, документы и рекомендательные письма позже - у меня есть друзья в Ле Кагуляр, которые могли бы повлиять на определенные фирмы, поскольку выполняли для них некоторые задания в прошлом. Эти фирмы в свою очередь могли бы в случае необходимости контролировать решения семидесяти пяти членов палаты депутатов. - Он поднимает руку. - Я знаю, что вы предпочитаете обойтись без голосования, но такого человека, который устроил бы это для вас, нет. Я могу гарантировать только результаты голосования. Многие члены палаты депутатов имеют возможность влиять на руководителей министерства. - Он делает паузу. - Политика - вещь сложная.
- Я понимаю.
- Есть несколько радикальных социалистов, занимающих видные посты в министерстве иностранных дел, на которых я могу повлиять. Мне известно, что о них можно приобрести нужную информацию. Они будут послушны. Есть десяток журналистов, несколько людей во французском банке, в моем распоряжении их досье. Группу социалистов возглавляет профсоюзный деятель, с которым у меня договоренность. Все эти связи могут пригодиться. Вы видите, что я не одинок. Я могу заверить вас, что ничего не будет сделано в течение полутора лет. Дальше - это вопрос истории, и никто не может оттягивать кризис до бесконечности.
Их беседа длится несколько часов, они вырабатывают первые условия своего соглашения.
Когда Саллевуазье уходит, Каммингс улыбается.
- В конечном итоге то, что мы делаем, полезно и для Франции и для Америки.
Саллевуазье тоже улыбается.
- Конечно, майор Каммингс. Типично американское заявление, не так ли?
- Вы покажете мне досье, которые у вас есть. Завтра. Хорошо?
- Хорошо.
Месяц спустя, когда возложенная на него часть задания выполнена, Каммингс отправляется в Италию. Там он получает телеграмму от Мино: "Предварительные итоги удовлетворительны Сработано отлично. Поздравляю".
Он разговаривает с итальянским полковником как член военной миссии.
- Я хотел бы, господин майор, чтобы вы поинтересовались нашей работой по борьбе с дизентерией в ходе кампании в Африке. Мы нашли новые профилактические меры борьбы с этой болезнью, на семьдесят три процента эффективнее, чем прежние, - говорит полковник.
Летняя жара изнурительна. Несмотря на лекции итальянского полковника, Каммингс страдает поносом и сильно простуживается. Он проводит тяжелую неделю в постели, чувствует себя смертельно усталым. Поступает письмо от Мино.
