— Да, если бы не начатый Тёмным Лордом террор, если бы не развязанная вами в ответ «охота на ведьм», если бы не Гриндевальд… Если бы… если бы… если бы… Вот только история не знает сослагательного наклонения. Поздно искать виноватых! Мы уже имеем то, что имеем! И мне бы очень хотелось быть уверенным в том, что, пока я разгребаю весь этот кошмар с Источниками, вы не развяжите в Магической Британии Гражданскую Войну. Даже для вселенских катаклизмов, свалившихся на нашу страну, это был бы уже перебор. Вы не находите?
— Хорошо, что ты предлагаешь? — Эйден скривился, но выхваченную, было, палочку убрал обратно в крепления на левом предплечье.
— О, ничего сложного, — Малфой спрятал улыбку под глубоко надвинутым капюшоном. — Пожмите друг другу руки.
— Что?
— И всё?
— А что вы ещё ожидали? Вы, господа, дипломаты, и должны вести себя цивилизованно, — Люциус дождался, пока два зыркавших друг на друга исподлобья мага сойдутся в рукопожатии и, мгновенно выпростав из рукава палочку, наложил заклятие Тождественности. Чары были простенькими, строились на эффекте равновесия (что чувствовал один, то почувствует и другой), но имели один существенный нюанс… снять их мог только тот, кто наложил.
— О-о, господа, зачем же употреблять в приличном месте подобные слова? Это всего лишь гарантия вашего сотрудничества в моё отсутствие. А теперь прошу прощения за невежливость, я вынужден откланяться: мне нужно заняться Источником.
Но покинуть приёмную Плетельщик не успел: дверь распахнулась, и в помещение стремительным шагом ворвался начальник Отдела Тайн:
— Шеф! Ох, прошу прощения, господин Министр, но у меня срочные известия.
Шеклболт поднял вопросительный взгляд на своих нежеланных союзников, и Люциус взмахом руки велел телохранителям покинуть помещение и подождать снаружи, Нотт едва заметно кивнул, подтверждая его приказ. Прошло всего несколько секунд, и в погружённой в полумрак комнате остались только четверо магов.
— Можешь говорить при них, Роланд.
— Посланные к членам Визенгамота маги вернулись.
— Там всё в порядке? Никто не пострадал?
— О, да, там всё в порядке… хотя бы потому, что там никого нет.
— В смысле? — Кингсли недоумённо воззрился на старого приятеля.
— Ни-ко-го! Ни их самих, ни членов их семей, ни ценных вещей и одежды. Зато там есть остаточные следы от применения портключей, ориентированных на материк. Приблизительный срок отправления… около трёх часов назад. Как раз тогда, когда Источник Министерства отключился. Эти старые крысы явно знали заранее о возможном развитии событий… и подготовили хорошие «шлюпки», чтобы бежать с тонущего корабля!
— Кто?
— Весь основной состав Визенгамота, оба ваших заместителя, почти все начальники отделов Министерства и часть особо приближённых к ним подпевал. Из более-менее значимых остался только Перси Кристалл с женой, но они уже здесь, пытаются по моему приказу найти старые планы Министерства. Может быть, найдётся парочка тайных ходов, через которые можно безопасно пробраться к ритуальному залу в подвале.
— Все? Все сорок членов Визенгамота? — Шеклболт застыл, словно громом поражённый. Нет, иллюзий в отношении геройских качеств старых законников он не испытывал… Но они же так кичились своими Британскими корнями… так рьяно разглагольствовали о патриотизме. В памяти, словно наяву, возникло перекошенное праведным негодованием лицо старейшего члена суда, вещавшего о сложных решениях и необходимости наступить на горло своим чувствам во имя безопасности страны. И, наслушавшись этих разглагольствований, он… «О Мерлин великий!»
От самоедских мыслей главу государства оторвал раздавшийся за спиной тихий смех Плетельщика. Сжав кулаки, Шеклболт, не задумываясь, шагнул вплотную к откинувшему капюшон магу:
— Т-тебе смешно?!
— А-а-а, святой паладин Светлой Магии Кингсли Шеклболт в замешательстве… Ему больно? Какая прелесть… Вот он ваш светлый, идеальный мир! Вот они, ваши столпы общества! Да даже Пий Толстоватый после нашего проигрыша в Последней Битве не покинул Министерство… А эти… А-хха-хха-ха… Высокоморальные и неподкупные судьи! Крысы, при первом же признаке опасности бегущие с корабля! — Люциус прислонился плечом к плечу своего противника и, повернув голову так, чтобы его губы почти касались уха Кингсли, прошептал: — И ради этих тварей ты предал ЕГО? Ты отправил на смерть лучшего друга… человека, которого ЛЮБИЛ… Ради НИХ?
Шеклболт, слушавший до этого его слова, словно заворожённый, стремительно отшатнулся от всё ещё тихо посмеивающегося мага:
— Откуда ты…
— Откуда я знаю? Это неважно. Главное, что это знаешь ты. Ммм, ещё полтора месяца назад я очень хотел тебя убить, но сейчас я вижу, что это не имеет смысла. Ты сам себе лучший палач. Так что… живи и помни, Шеклболт! Живи! И помни! — демонстративно обойдя поникшего Министра по широкой дуге, Люциус вновь скрыл лицо капюшоном и уже спокойным тоном обратился к настороженно следившему за их разговором «невыразимцу»:
— Мистер Старк, если я не ошибаюсь?
— Да, мистер…
