— Просто Плетельщик. Так что там по поводу тайных ходов? Мне тоже известны кое-какие лазейки, но нам необходимо выяснить, какие этажи и отделы Министерства заняты противником.
— Да, конечно, — так и не дождавшись приказа от начальства, Старк вышел вслед за покинувшим кабинет Малфоем, оставив наедине двух старых врагов.
В комнате на пару минут повисла мёртвая тишина, а затем Эйден Нотт, преодолев внутреннее сопротивление, первым начал разговор:
— Ладно, повторять за Люциусом не буду. Мало чести бить лежачего. Но раз уж у нас, благодаря моему миротворчески настроенному другу, нет другого выхода, как прикрывать друг другу спины, то не пора бы нам уже делом заняться?
И они занялись. Имея в своём распоряжении лишь Персиваля Кристалла, три десятка телохранителей да куцый штат младших секретарей, эти двое за несколько часов сумели восстановить связь между подразделениями авроров и очистить от двуногих и четверолапых тварей основные отделы Министерства и верхние этажи Аврората. Не всё, конечно, было так гладко. Порой этой навязанной друг другу парочке с трудом удавалось удержаться от зверского смертоубийства друг друга, но проклятые чары Тождественности не просто отражали нанесённые противнику удары, заставляя нападавшего испытывать боль, но и проецировали особо острые желания, предоставляя магам на пару маяться головной болью и тошнотой. В подобных условиях не прошло и часа, как два злейших врага научились сдерживать свои порывы, и совместная работа пошла куда эффективнее, чем раньше. Да и опасностей, подстерегавших их на каждом шагу, с лихвой хватало, чтобы умерить собственную кровожадность. В общем, через восемь часов Шеклболт с Ноттом, грязные, как маггловские черти, и вымотанные до состояния амёб, в сопровождении такой же загнанной до предела команды, держали под контролем все Защитные чары Магического Квартала и того, что осталось от здания Аврората. Министерство тоже было отвоёвано у незваных захватчиков, но, к сожалению, проходы на самый нижний, ритуальный уровень здания всё ещё были недоступны. На подмогу к ушедшим туда потайными ходами Люциусу и Роланду Старку сумел прорваться только Джордж Уизли. Остальная спасательная команда вернулась несолоно хлебавши с большими потерями. Нотт бесился от бессилия, но сделать ничего не мог. Не только у авроров, но и у его Боевых магов резерв был практически пуст. Всё, что они могли, это держать ситуацию в Магическом Квартале под контролем, ждать вестей от Плетельщика и готовиться к захвату последнего оплота беглых бандитов — развалин следственного изолятора.
***
— «Протего!»
Ярко-алый сгусток проклятия с треском врезался в вовремя выставленный Щит. Уилл на секунду высунулся из укрытия, посылая веер боевых проклятий в противника, затаившегося среди развалин следственного изолятора, и тотчас же нырнул обратно, пряча лицо от каменного крошева, выбитого ударившим в нескольких дюймах от него заклинанием.
— До палочек в хранилище вещдоков добрались, суки! Теперь нам горячо придётся, — рыбкой нырнувший в убежище Слай по пологой дуге отправил в противника что-то темномагическое. Диапазон боевого арсенала стервозного аристократа в который раз заставил зашевелиться червячок неприятного ощущения в душе командира учебной группы Голдстейна. Уилл растянул потрескавшиеся от жажды губы в слабой улыбке. Он не имел привычки лгать самому себе и прекрасно понимал, что это за чувство. Зависть. По оттенку окраса очень приближающаяся к чёрной. И в который раз с момента их бесславного возвращения из Франции в голове курсанта зароились крамольные мысли: «Если политика нашей страны и отношение к Магии самое свободное и прогрессивное, то как мы, победившие в последней войне МагМира, могли докатиться до жизни такой? Почему обученные недобитым УПСом Саймон Форестер и Зигфрид фон Шрёдер в магическом поединке один на один дают фору любому курсанту нашей Академии? Я уж молчу об Эрике Веймар! После их «парада-алле» во время последних состязаний у всех парней из нашей группы было только одно чувство — облегчение, что это не нас так изящно сунули мордой в говнецо, да по самые по ушки! А ведь поговоривают, в «Чёрном ферзе» УПСов половина… да непростых. М-да-а, вот так учишься, учишься, чувствуешь себя настоящим бойцом, а потом выясняется, что ты — ноль без палочки… До чего же мерзко!»
