Позавтракав, мы с Гором сразу отправились к дольменам. Бьорка я видела лишь издалека, когда пересекала главную площадь, на которой воины сейчас, посмеиваясь, примеряли друг на друга женские одежды. Хотборк, окруженный толпой мужчин, обернулся, будто почувствовав мой взгляд на своих лопатках, и лишь коротко кивнул в ответ на мой неловкий, слишком радостный наверно взмах рукой. Возможно, его глаза и смотрели тепло, но с такого расстояния было все равно не видно. Да и отвернулся он сразу...
- Пошли быстрей, - буркнула я на ни в чем не повинного Гора, опуская руку, и сердито зашагала в гору по пыльной дороге.
- А кого будем в жертву приносить? Может распорядиться сначала на скотном дворе? - но юный Кархет даже не заметил похоже моей грубости, воодушевленный тем, что выступит помощником настоящей ведьмы.
- Никого не будем, - отрезала я, - Мне свою тьму кормить нельзя - она меня не очень-то слушается, когда откормленная...Так что только свет...Только любовь...
Я тяжело вздохнула, только сейчас начиная задумываться над стоящей передо мной задачей. А ведь там целый город собрался...На горном плато посреди тех самых дольменов, где Бьорк почти год назад брал в жену Киру. Целый город...И мне надо занять их молитвами на целую ночь? Мда...
- Любовь? - возбужденно прохрипел идущий рядом мальчишка, переспрашивая, - Это что же?
Его голубые глаза масляно загорелись, щеки вспыхнули болезненным стыдливым румянцем. Он сглотнул и сбивчиво продолжил.
- Это священный акт что ли будет? Как в дни плодородия?
Я сначала рассеянно уставилась на Гора, соображая. А потом медленно кивнула, расплываясь в удовлетворенной улыбке.
- Ну для актов холодновато...Март- месяц на дворе...Но ночные танцы...Так! - и бодро хлопнула в ладоши, - Беги-ка, Гор, обратно на кухню и скажи, чтобы волокли к дольменам бочки мёда и закуску разную, и чтобы сами тоже все приходили. Будем плясать всю ночь в честь мира и весны. Ну у кого там акт случится, значит, акт...Мне же лучше!
Всё мне на священном плато было болезненно знакомо. Одно из самых тяжелых воспоминаний в моей жизни.
Свадьба Бьорка здесь...
Взгляд медленно заскользил по ещё не украшенным столбам богов по периметру круглого широкого горного выступа. Переместился на резной столб Ордина в центре, упал на только что заново сколоченный жертвенный дощатый постамент. Закрыла на секунду глаза и в ушах зашумела ликующая толпа, доски окрасились льющейся бычьей кровью, в носу защекотало от соленого ветра и железного запаха смерти, а Бьорк, мой Бьорк (!!!), тяжело смотря исподлобья своими раскосыми черными глазами, протянул руку с белоснежной брачной лентой к Кире Хольм...В груди больно кольнуло, горло сжалось в беззвучном спазме, и я резко подняла веки, выплывая из душного марева воспоминаний. Тряхнула головой, прогоняя видение. Нет. Не сейчас...
- Несите шкуры, много! Застелем полностью постамент! И по всему периметру поставим лавки! - я звонко хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание толпящихся вокруг горожан, которых согнали сюда люди Рига, - Жертвы не будет! Будет праздник! Будем весну звать сегодня! Весну и мир на земли Семи островов!
Ансбордцы сначала недоуменно посмотрели на меня, а потом дружно радостно заорали. Для них это означало одно: что быть им сегодня пьяными и сытыми за счёт закромов погибшего конунга, что совсем немаловажно после долгой суровой зимы. А ещё, что разожгут костры и заведут песни и пляски, и что будет покровительствовать этому сама Вейла, черпая от них силу и этим поощряя разовое распутство, которое потом никто не посмеет осудить...
Все тут же засуетились, получив новое задание. Мужчины отправились в город за лавками и угощением, женщины за хворостом и сучьями для костров. А я отобрала несколько девушек себе в помощь и направилась с ними наломать еловых веток и оставшейся после зимы рябины, чтобы украсить столбы и пьедестал в центре как положено.
Время за приготовлениями пролетело быстро. Не успела я оглянуться, как сумерки уже сгустились и закатное небо окрасилось удивительным розово-багряным на горизонте, подсвечивая обманчиво-спокойные воды фьорда в долине. Взгляд мой то и дело приковывала к себе эта темная вода. Сердце с каждым часом билось всё тревожней. Бьорк сказал, драккары Ракена должны приплыть после заката.
Как он там?
Наверно всё давно готово к недоброй встрече последнего сына убитого конунга. Переодетые воины уж собрались на причале и ждут... Этой ночью всё закончится. Осталось только её пережить, и войне конец. Конечно, после ещё будет делёжка места конунга между ярлами, но Бьорк сказал, что ему это неинтересно, и мы просто дождемся окончания совета и отплывём домой, в Унсгард, чтобы там наконец стать мужем и женой...
