Михаил Михайлович, младший брат русского императора, расхаживая по своим апартаментам со стаканом, в котором плескался коньяк, размышлял о причудливых зигзагах своей жизни, приведших его к пограничной черте. Нужно было набраться смелости, чтобы переступить её и закончить то, что начал. Или прийти к Александру и упасть перед ним на колени, выпрашивая милости. Ведь предстоящее дело затронет не только родственников, но и его семью. Разве этого он хочет? Когда в душе поселилась чёрная клякса ненависти и злости, что старшие братья ни в грош его не ставят? С самого детства, когда все трое бегали по огромному парку в загородном имении, играя в прятки или в храбрых рыцарей? Мишке не нравилось, как Сашка и Костя пытались всячески использовать магию, чтобы скрыться от него. Так было нечестно. Михаил не владел подобной техникой, злился и плакал, а по ночам вынашивал планы, как отомстить братьям.
Или всё произошло потом, когда его, молодого и неугомонного двадцатилетнего юнца, заставили жениться на Анне? Девушка, конечно, была красивой и нежной в своей расцветающей юности, но сам-то Михаил не хотел этого брака, желая погулять как можно дольше свободным. Александр даже не спрашивал, хочет ли младший брат вступить в семейную жизнь, а просто стреножил его и потом постоянно приглядывал, как будто надзиратель какой.
Или с тех пор, как он, Великий князь Михаил, понял, что наследника ему не дождаться? Аня исправно рожала ему девочек, а он с каждой дочерью становился всё более желчным, невыносимым, постепенно уходя в крутое пике гуляний на стороне, обрастая знакомствами в богемных кругах. Ну, а где богема, там и выпивка, и гуляния в ресторанах, и красивые, ни на что не претендующие актрисы, музыкантши, даже цирковые гимнастки. Гибкие, тоненькие и весьма изобретательные в постельных утехах.
Михаил остановился возле одного из окон, где постоянно лежала пачка сигарет «Данхилл», зажигалка и хрустальная пепельница, идеально чистая каждое утро. Молодец, Пашка. Приехавший вместе с семьёй верный слуга исправно выполняет свои обязанности. Приоткрыв окно, Великий князь закурил, выпуская чуть горьковатый, с сенным привкусом дым в образовавшуюся щель. Утренний парк был накрыт тонкой кисеёй влажного тумана, кое-где на клумбах пробивалась сочная зелень, как будто торопя приход весны. То и дело мелькали фигуры охранников, контролирующих периметр особняка.
Мысли снова закрутились вокруг собственного падения в бездонную пропасть. Кто бы помог, кинул верёвку, в которую можно было вцепиться мёртвой хваткой? Или маленький выступ в отвесной стене — где он? Неужели всё предопределено? Надо было остаться в Яви-два, где ему понравилось, чего он от себя не ожидал. Какого дьявола его потянуло домой? Приказ брата? Но Александра можно было легко уговорить. Нет, сам же потянул Михаила, на свою голову. На свою голову…
А ещё Виорика… Шип в сердце, вросший в плоть. Обманщица, предательница и вражеская агентесса. Как с ней поступить? Продолжить игру на условиях императора и русской контрразведки? Но в таком случае его намерения раскроют довольно быстро. Если английская СИС ведёт Великого князя исподволь, с помощью целой группы агентов, то о его намерениях могут узнать только от девушки. Тэлбойс — тот в руки русских не попадёт, опытный гад. Телепортаторы — вообще редкий улов. Всегда найдут лазейку для спасения.
Так что делать с Катаржи? Ликвидировать? Но тогда Александр будет очень недоволен. Сорванная операция обрубит некоторые связи, именно те, которые нужны самому Михаилу.
Дымя сигаретой, он подошёл к журнальному столику, взял в руку серебряный колокольчик (забавная игрушка, атавизм прошлых веков — но ему нравилось) и потряс им. Кабинет огласился хрустальным перезвоном. И тут же дверь распахнулась. Пашка — пятидесятилетний верный лакей — тотчас же появился на пороге в строгом чёрном костюме и белоснежной рубашке. Энергично кивнул, показывая аккуратный пробор на голове.
— Княгиня уже встала?
— Так точно, Ваше Высочество, — доложил Пашка. — Анна Сергеевна интересовалась, когда прикажете подавать завтрак?
— А девочки?
— Спят, — едва заметная улыбка мелькнула на лице слуги. — Вчера поздно вернулись с молодёжной вечеринки, я сказал горничным, чтобы не будили.
— Хм, — Михаил вернулся к подоконнику, стряхнул в пепельницу столбик выгоревшего табака. — Ну, что с них взять, с молодых стрекоз. Пусть спят. Передай княгине, что я буду готов через час. У меня сейчас встреча с одним человеком…
— Всё понял, Ваше Высочество, — верный слуга исчез за дверью.
Меньшиков снял трубку служебного телефона, и дождавшись ответа дежурного офицера, спросил:
— Аржевский пришёл?
— Так точно, Ваше Высочество. Ждёт в приёмной.
— Пропусти его.
— Слушаюсь.
Полковник Аржевский, как всегда безупречный, в тёмно-зелёном кителе, посверкивая звёздами на погонах, встал на пороге, и оттуда чуть ли не строевым шагом дошёл до середины кабинета, остановился, сделал чёткий полуоборот в сторону Великого князя, так и продолжавшего разглядывать в окне стаю сорок, по-хозяйски расположившихся на раскидистом старом ясене.
