— Мне бы все-таки хотелось знать, о какой тайне вы говорите.
— Всему свое время.
— Это я слышала на протяжении восьми лет и мне это уже надоело.
Они уставились на нее в немом удивлении. Несколько секунд в зале стояло молчание, потом Реджин сдавленно фыркнул. Роннан метнул в его сторону взгляд, снова посмотрел на Ромейн.
— Что ты сказала?
— Вы оба слышали, что я сказала. Я устала от тайн и от недомолвок. До сих пор никто не ответил ни на один мой вопрос так, чтобы это казалось удовлетворительным. Ты считаешь мою просьбу возмутительной?
— Ромейн, — после паузы произнес Роннан, — ты все узнаешь, и узнаешь подробно. Но не сейчас, а чуть позднее. Сперва мы хотели бы разъяснить эту темную историю, которую ты нам рассказала.
— Что именно вам не ясно?
Братья переглянулись. Реджин прыснул, наклонив голову и заметил:
— Я понимаю, что имел в виду Меор, когда говорил, что она постоянно доводила его до белого каления.
Ромейн вытаращила глаза.
— Меор, — презрительно сказал Роннан, — кто такой вообще этот Меор! У него не хватает ни ума, ни силы, чтобы направлять такого мага, как Ромейн. И я думаю, что он позволял себе много вольностей. Не так ли? — при этом он взглянул на девушку.
— Мне трудно об этом судить, — ответила она.
Разумеется, ей всегда казалось, что Меор слишком на нее давит. Ее злили его насмешки, ехидство, его уверенность в том, что он самый исключительный. Но теперь она впервые подумала о том, как еще он мог удерживать ее от всевозможных глупостей? Она и без того наделала их слишком много.
— Значит, эта так называемая королева отравила своего мужа и хотела переложить вину на тебя? — уточнил Роннан.
— Да, — признала Ромейн очевидную вещь.
— Но ее все-таки осудили?
— Да.
— Однако, для этого тебе пришлось открыться?
— В какой-то степени. Это плохо?
Реджин пожал плечами. Роннан приподнял брови:
— Если и плохо, то не теперь. Теперь это даже хорошо. Может быть, Инверу пора подумать над некоторыми из своих действий.
Ромейн уже представляла себе эти действия.
— А какое нам вообще дело до их действий? — спросил Реджин.
— Теперь — никакого. Теперь следует предоставить их самим себе.
— Да, пусть травят друг друга на здоровье, — хмыкнул младший брат.
Он перевел взгляд на девушку.
— И эта королева плохо с тобой обращалась, Ромейн?
— Сначала — очень хорошо. А потом… потом она как будто сошла с ума.
— Может, действительно сошла?
— Хватит, — сказал Роннан, — сколько можно переливать из пустого в порожнее? С этим все ясно.
— Да, пожалуй, — признал младший брат.
— В таком случае, вам пора поведать мне вашу историю, — добавила Ромейн.
Она была полна решимости сидеть здесь до тех пор, пока не услышит то, что ее интересует. Даже если для этого ей потребуется не один день.
— В самом деле, Роннан, — согласился Реджин, — расскажи ей.
— Придется начинать издалека, — тот откинулся на спинку стула и в его руках появился высокий бокал с вином, — выпьешь вина, Ромейн?
— Немножко, — кивнула она.
— Итак, вражда между двумя могущественными магическими семьями началась давно. Но поначалу она не была столь ярко выражена. Начиналось все с соперничества, переросло в неприязнь и закончилось… сама знаешь, чем закончилось. Двадцать лет назад нас было достаточно много, включая двоюродных и троюродных дядей, сестер и племянников. Сейчас нас осталось трое.
У Ромейн расширились глаза.
— Все убиты?
— Именно так. Но Феррингеймы пострадали гораздо больше. Их род совершенно иссяк.
— Боже мой, — прошептала девушка, — а кто начал эту вражду?
— Я же сказал, это было давно, — Роннан пожал плечами, — никто уже и не помнит. Мне всегда казалось, что ее начали Феррингеймы.
— Это потому, что они на другой стороне, — вставил Реджин.
— Я ведь сказал, что могу ошибаться.
— Ты этого не говорил.
— Неважно, — отмахнулся Роннан, — в общем, понятия не имею, кто заварил эту кашу. Одно радует, что все закончилось со смертью последнего Феррингейма.
— А что произошло со мной? — задала вопрос Ромейн.
— Когда ты родилась, наше положение было особенно неустойчивым. Мы не знали, что с нами будет завтра. Поэтому, было решено тебя спрятать. На время, пока все не будет закончено. Все придумал отец. Он решил отдать тебя в человеческую семью из самых простых, поскольку думал, что там Феррингеймы не додумаются тебя искать.
— В семью смотрителя переправы, — уточнила она.
— Да. Мы были уверены, что там ты будешь в безопасности. Прошло достаточно времени, все улеглось и тебя не искали. Но потом выяснилось, что это не так. Тебя искали и очень тщательно, но все делалось в глубокой тайне. И в один прекрасный день они тебя нашли.
Роннан сдвинул брови и замолчал. Некоторое время он молча пил вино, а Ромейн посматривала на него и Реджина, который ободряюще кивал ей, давая понять, что нужно немного потерпеть.
Наконец, старший брат продолжил:
— Мы прибыли туда слишком поздно. Переправа перестала существовать, так же, как и семья смотрителя. Мы пытались искать тебя, но все факты говорили о том, что ты погибла. Даже мысленный поиск ничего не дал. Вероятно, шок был слишком велик, и ты закрылась от окружающего мира.
