Краснов, циничный бизнесмен, собирался меня соблазнить для пользы дела. Я собиралась послать его подальше… Но судьба внесла свои коррективы: теперь я вынуждена просить его о помощи и на пару вести расследование, забыв о гордости и принципах, ведь на кону стоит жизнь моего жениха!
Жара душила. Заставляла тонкую ткань офисной блузки прилипать к коже, прядки волос, что выбивались из пучка на затылке, – к шее, а задницу – к псевдо кожаному креслу. Цветы на полках, печально повесив листья, молили о влаге, которой лично мне с лихвой хватало. Тут мы во мнениях не сходились. Я медленно пеклась в кабинете, который из-за огромных окон в пол больше походил на аквариум. Или скорее террариум… с лампой-солнцем снаружи. Мусорное ведро было заполнено однотипными комками бумажных салфеток, что внешне так походили на снежки, а больше, к моему сожалению, с ними ничего общего не имели.
…в кондиционере начальство отказало. Фасад здания – превыше всего, что им люди… Да и не требовался он нам до этого лета, в северном-то городе, достаточно было распахнуть окно. Это сейчас июль бьет все рекорды, радуя дачников и губя рабочий народ. Вот только вчера Лидию Сергеевну из соседнего кабинета с давлением увезли.
Я сделала последние глотки из бутылки, смяла ее и определила к «снежкам» в мусорку. Сама же отправилась освежиться – в коридорах было не так жарко, видимо сказывалось отсутствие окон. Подумать только, а когда-то они мне так нравились, я даже мечтала о подобных в квартире!
В женском туалете было занято, и я, как проделывала уже не раз, завернула в мужской, благо там тоже были кабинки, а очереди – нет. Первым делом я пустила воду попрохладней и умылась, косметикой в такую жару я себя не истязала. Попутно прикидывала, что лучше: сломать ногу, как Серега, что делит со мной кабинет, и на законных правах получить больничный или остаться на своих двоих, но ходить ими на работу? Решить задачку так и не удалось.
Как только я собралась выходить из кабинки, послышался звук открываемой двери, и я благоразумно затаилась, молясь, чтобы вошедший не обратил внимания на острые носки моих бежевых туфель. Мужчина весьма эмоционально с кем-то общался, а поскольку ответных фраз слышно не было, я пришла к выводу, что говорил тот по телефону.
– Зря приехал, получается! – возмущался неизвестный. – Этот придурок прямо по пути на работу ногу сломал, чтоб его! Ты можешь себе представить?
«Уж не Серегу ли он сейчас так приласкал? Тот, конечно, не подарок, но многим нравится. Большей частью, конечно, из-за сговорчивости и весьма лояльного отношения к мздоимству».
– Не знаю, что делать. У меня сроки горят, это разрешение мне позарез нужно. Как все не вовремя… Да я звонил уже, говорит, без шансов, все, кто могли помочь, в отпусках сидят, оставался сам Минаев и баба одна.
«Минаев – это точно мой Серега, а баба, так понимаю, это я? Что ж, молодой человек только что серьезно осложнил себе жизнь, придираться буду к каждой запятой» – разрешила я себе справедливо осерчать. Чуть было не притопнула носком туфли в раздражении, но вовремя себя остановила.
– Не, говорит, точно без шансов, там совсем запущенный случай. Дамочке за тридцать, осенью жених сбежал. Она и так-то особой гибкостью не славилась, а после вообще с катушек слетела. Предлагает его дожидаться.
«Это кто ж у нас такой осведомленный?» – возмутилась я от души, но внешне, ясное дело, ничем не показала, разве что зубы стиснула, но за закрытой дверью этого было не рассмотреть. А вот за себя стало обидно: работаю честно, на совесть, просто так людей не заворачиваю. Взяток, да, не беру, но мне особо и не предлагают, этим по большей части у нас как раз Серега занимается.
– Есть одна мыслишка, – мужчина довольно квакнул. – Утешу несчастную. Подставлю мужское плечо, расположу к себе – девчонки на это дело падки, а там уже дело техники. На все отвожу себе десять дней, – из соседней кабинки тем временем донесся звук спускаемой воды – я поморщилась, затем не в меру амбициозный утешитель сполоснул руки и хлопнул дверью туалета.
Я кипела. До сжатых в кулаки ладоней, скрипа челюстей и клокочущего глубоко в гортани рыка. Выждала с минуту и поспешила к себе в кабинет. Жара снаружи показалась жалким подобием той, что из-за кипящей ярости снедала меня изнутри – спасибо умнику из туалета.
Уже через несколько часов я имела честь полюбоваться им лично. Не успела подойти к остановке и встать среди кучки таких же бедолаг, что были вынуждены проводить эти жаркие дни в городе, как рядом притормозил внедорожник. «БМВ» последней модели. «Конечно же!» – ни капли не удивилась я. Стекло опустилось, и загорелый блондин, слишком яркий, чтобы гармонично вписаться в наши российские реалии, сдвинул солнечные очки на лоб и козырнул голливудской улыбкой.
– Девушка, метро ближайшее в какую сторону?
Мало того, что наглый тип, не скрываясь, осмотрел меня с ног до головы, так еще и подмигнул, уверенный в неоспоримой привлекательности сомнительного на мой вкус жеста.
– Прямо четыре перекрестка, – процедила я сквозь зубы, которые, кажется, не разжимала с момента, как покинула злосчастную мужскую уборную. Если в первые мгновения у меня и имелись кое-какие сомнения насчет личности водителя, то знакомый по туалетному разговору голос их развеял.
