Наступил март.
Однажды мама поймала Дэви на лестнице и сказала:
– Милая, я прошу тебя быть добрее к сестре. Сатори так уязвима… Понимаешь меня? Она сейчас…
Выражение ее глаз вывело Дэви из себя.
– Можно мы сами разберемся, ладно?!
Время бежало к концу учебного года, Дэви становилась все более агрессивной, а Сатори – отстраненной. Она будто старалась стать еще незаметнее. Предпочитая одежду темных тонов, в итоге она стала всегда появляться в черном. Тем не менее ее стройной фигуре это очень шло. А Дэви совершенно не волновали экзамены, она грезила о больших городах, в то время как Сатори дни и ночи проводила за книгами и учебниками, часто отказываясь от обедов и ужинов с семьей.
Как-то раз Мэри заметила у Сатори перебинтованное запястье.
– Это просто порез. Я поранилась листом бумаги и перебинтовала, чтобы остановить кровь.
– О, ты уже применяешь свои знания на практике? Покажешь, что там у тебя? – улыбнулась Мэри, хотя уголки ее губ задрожали.
– Просто порез, мама! Мне больно сейчас снимать этот бинт.
Когда поздно вечером Дэви вернулась домой, она услышала встревоженный, прерывающийся голос матери из спальни:
– Я боюсь… Ари… мне все это не нравится. Я уверена, мы должны обратиться за помощью. Она стала совсем другим человеком.
– Сатори взрослеет. Она меняется, и это нормально. Посмотри на Дэви.
– Они совсем разные. Я уже не понимаю, что происходит.
Дэви затаила дыхание и продолжила слушать.
– Конечно, разные. Но я не думаю, что Дэви ее доводит. Она на такое не способна.
– Дэви жестока! Сатори слишком чувствительна и не может противостоять ей.
– Дорогая, я правда думаю, что стоит подождать. Скоро выпускной, все устали. Я не верю, что Сатори резала себе вены.
– Я чувствую, что она врет мне.
– Дай ей самой во всем разобраться.
– Я боюсь за нее… Возможно, стоит их обеих отвести к психиатру?
– Мэри, они обычные подростки.
– Они мои девочки!
Дэви тихо скользнула в свою комнату.
Сатори спала.
Или только делала вид?
Дэви ворочалась до утра. Подслушанный разговор родителей взволновал ее. «Сатори действительно изменилась. Но почему мама думает, что она могла резать себе вены? Господи… неужели из-за Джимми?»
Обычно Сатори принимала душ и выходила из дома впритык, появляясь точно к звонку. Дэви же всегда приходила заранее.
Сегодня они шли вместе.
– Что у тебя с рукой?
– Все в порядке, спасибо. Не думала, что ты заметишь.
Дэви нахмурилась. Она искоса поглядывала на сестру, шагающую рядом в длинном черном платье.
– Вообще-то я все вижу. Ты в монастырь собралась?
– Что?
– Посмотри на себя!
– Разве мне не идет? По-моему, черный отлично подчеркивает талию.
Остаток пути они прошли молча.
После обеда Дэви как обычно застала Сатори с книгой.
– Пойдем прогуляемся до реки, там классно… все как раньше, помнишь?
– Я читаю, – тихо ответила Сатори.
– Ты уже полгода «читаешь»! – Дэви двумя пальцами изобразила кавычки, – я же вижу, что ты дуешься! Хватит, серьезно! Пошли с нами! Я… я хочу тебя видеть там…
– Спасибо, Дэви, но я сейчас занята.
Дэви виртуозно умела переводить свою встревоженность в ярость. Она боялась проявления нежных чувств, особенно к сестре, отношения с которой становились все запутаннее. А Сатори как будто нарочно не желала положить этому конец и пойти навстречу, несмотря на то что Дэви
И это
Дэви бросила гневный взгляд на девушку, даже не потрудившуюся оторваться от книги, и вышла, нарочито громко хлопнув дверью.
Перемену настроения и поведения Дэви нельзя было не заметить. Она ругалась без видимой причины, дерзила, курила косяк Тревора, делая глубокие затяжки.
Друзья посмеивались над ее выходками.
– А где Сатори? Почему она нас избегает? – спросил кто-то из ребят.
– Она и одеваться так странно стала…
– У нее до сих пор траур по «отъехавшему» Джимми! – злобно процедила Дэви.
Все засмеялись.
– Офигеть… не думала, что все так серьезно.
– Дэв, хочешь, я с ней поговорю? – предложил Денни.
– Делай что хочешь!
Через два дня Денни дождался конца занятий и нагнал Сатори, направляющуюся в противоположную от дома сторону.
Она часто бродила в одиночестве в свободное время.
– Привет, как дела? – Он заглянул в удивленные глаза девушки.
Несмотря на теплую погоду, на ней была черная водолазка и темные свободные джинсы.
– Денни? Спасибо, все в порядке.
– Тебя давно не видно.
– Да, я готовлюсь к экзаменам.
– Я думаю, тебе не помешает немного отвлечься. Экзамены закончатся, а нервы надо беречь.
– Спасибо, Денни, я справлюсь.
Парень шел рядом, но как бы на шаг опережая, и заглядывал Сатори в лицо. А та специально отворачивалась и не поднимала взгляд.
Это не укрылось от Денни. Вела она себя странно. Внешне это была все та же Сатори, но что-то сильно ее беспокоило, и это читалось в ее манерах, облике и поведении.
Он никак не мог понять, почему она молчит.
– Это из-за Джимми? – спросил он прямо.
– Что?
– Сатори, брось! Выкинь ты этого парня из головы! Плевать на него! У тебя и у Дэви столько всего впереди!
– Я никогда не смогу его забыть.
