Едва открыла дверь, вспыхнул свет, и я еще сделала по инерции несколько шагов. Подобрав рухнувшую вниз челюсть, остановилась, разглядывая утопающую в цветах комнату. От неловкого взмаха рукой, с цветов в воздух поднялось пестрое облако из бабочек. От увиденного чуда у меня захватило дух. Десятки разноцветных букетов благоухали, наполняя воздух ароматами. А над ними медленно кружили тропические красавицы. Если есть рай, то он похож на это.
— Бабочки! Как красота! — я обернулась, сияя улыбкой, — Это все мне! Спасибо!
— Оценила? — голос Романа, появившегося из-за плеча брата, вернул с небес на землю. Я испуганно оглянулась, — У меня для вас новость, — он прошел в комнату, по- хозяйски включил плазму, пощелкал в поисках нужного канала.
На экране мелькали кадры решеток следственного изолятора. Монотонный голос диктора рассказывал о криминальных событиях в столице:
— … подследственный Заварзин Александр, обвиняемый в деле продажи собственного сына, сегодня ночью, в одиночной камере СИЗО «Лефортово» покончил с жизнью…
Дарья
Первые секунды мозг отказывался принимать правду, отрицая новость. У меня шок от услышанного. Перед глазами стояло лицо Заварзина, такое, каким я его запомнила в последний раз.
Больше я его не увижу. Никогда…
Сердце лишь на секунду сжалось от горечи, что он так бессмысленно прожил и закончил свою жизнь. Был же неплохим программистом, мог многого добиться в жизни, но захотел быстрых и легких денег. Ради своих амбиций не пощадил бы никого, даже собственного малолетнего сына.
— Это наши его? — Сергей глубоко засунул руки в карманы джинсов, склонив голову к плечу, со злостью смотрел на некстати вломившегося брата, словно ожидал от него очередной неприятности.
— Не смотри так, — Роман потрогал припухшую в месте удара скулу. — Я все осознал и не в обиде. Я же знаю, что дело не в Юльке. Мы баб с роду с тобой не делили. Поразмыслил и понял, что за дело получил. Забыл о бдительности, что врагов нужно держать еще ближе, чем друзей. Пока раскапывал прошлое Дарьи, активировались старые знакомые, — он расстроенно цыкнул. — Я ведь пас их года три после Дубая, ждал ответку. А потом у них проблемы начались. Чуть ли не банкротами себя объявили. И я успокоился. Оказалось зря.
Роман тихо и грязно выругался, глядя в сторону.
— Заварзина кто — наши? — повторил вопрос Сергей, коротко глянув в мою сторону.
— Нет. Он был еще нужен как программист. Ему удалось взломать базу данных. Хорошо вовремя вычислили. Нашли уже в СИЗО. Как я думал, он работал на заказ. Хотел сотрудничать, торговался… и доторговался, — Роман выключил телевизор, отмахнулся от севшей на плечо бабочки.
— Прячут концы, свидетелей убирают, — сделал вывод Сергей, уставившись на порхающих по комнате бабочек, — Следующей жертвой будет…
— Наши юристы, — закончил Роман, выходя из комнаты, — Заразили ВИЧ ключевые фигуры, чтобы влиять. Расчет был выжать из них что можно, сдать и посадить на их место своих людей, которые окончательно выведут из игры «Интерстройинвест».
— Обеспеченна безопасность? — Сергей требовал отчета.
— За ними присматривают. Но их показаниями мало чего добьемся. Нужен ответный удар. Есть идеи, — Роман ожидал нас в коридоре, копируя позу брата, перекатываясь с носков на пятки, — Кстати, там мама приехала и бабуля. Надо бы встретить.
— Отлично. Вот и встретишь, — Сергей демонстративно захлопнул дверь перед носом Романа.
Я успела уловить ухмылку на лице Шалого, прежде чем дверь отрезала нас от него. От резкого хлопка рассевшиеся бабочки снова взмыли в воздух. Глядя на чудо невольно улыбнулась.
— В такие мгновения как сейчас хочется нажать на стоп, — не удержала в себе сожаление. Пожаловалась своему боссу. — И просто жить этим моментом, не задумываясь ни о чем.
— Теперь так и будет, — пообещал Сергей, — Я постараюсь.
Он сложил руки на груди, прислонившись к косяку плечом, охраняя выход. Сбежать не получится, да и не особо хотелось. Здесь было тихо, красиво и безопасно. Я подошла к ближайшей вазе с роскошными полураскрытыми розами. Пальцы осторожно погладили нежные лепестки упругих бутонов.
— Как же моя работа? — на руку села лазоревая бабочка и поползла вверх, то складывая, то раскрывая крылья, — Или ты отправляешь меня в отпуск… на пару недель… или лучше на месяц…
— Пока никакого отпуска. Мой помощник должен всегда находиться рядом со мной… Для непонятливых: совсем рядом.
— Поставишь мне стол в своем кабинете, — невесело усмехнулась я.
— Отличная идея. Я, сразу как ты устроилась ко мне, хотел так сделать, — губы Шалого тронула усмешка, — Но подумал, что это будет слишком для тебя.
Сказывались усталость и напряжение, обоим хотелось отдохнуть от навалившихся проблем, но не в тишине. Она больше не приносила расслабления и покоя.
Одиночество угнетало. Молчание, раньше вполне комфортное, после известия о Заварзине превратилось в тягостное. В голову лезли не самые приятные мысли о бывшем. Теперь рассказать правду Денису об отце стало еще сложнее. Я гнала от себя мысли, откладывая решения на потом.
