Бедный мальчик! То, что происходит сейчас в мире, слишком тяжелая ноша для любой психики, а детской особенно. Они, как могут, пытаются снова вывести его из мрака пережитого страха. Карл даже отдает свой портативный ДВД-плеер, чтобы тот мог смотреть свои любимые фильмы про Железного Человека.
По пути к дому Кэрол Бэт замедляет шаг у церкви и заглядывает в распахнутые двери, и видит через проем огоньки свечей и блеск распятия, что стоит на алтаре. Этот свет и блеск так манит ее войти. Она колеблется, стоя у ступеней, прижимая к себе Патти. Вспоминая, как часто молила когда-то Его о помощи и о защите. И как часто Он оставался глух к ее молитвам…
- Но разве Он остался глух к той, что ты так часто обращала к нему прежде, раздается в голове голос отца. Разве не уберег всех, о ком ты молила? Разве Он не подарил Мэгги чудо из всех возможных – желанное дитя?
- Но Он забрал тебя. И маму. Шона. Патрисию и Отиса. Лори. Как Он мог забрать мать у ребенка?
- Бэт, верно? – к ней спускается по ступеням крыльца церкви темнокожий священник. Серебряное распятие качается на его груди при каждом шаге по лестнице, и Бэт не может не смотреть на крест, как завороженная. – Я ждал, что когда-нибудь ты зайдешь ко мне.
- Простите? – сразу почему-то сразу же холодеет Бэт при этих словах. Священник выглядит радушным, и он явно вхож в семью, раз был когда-то на общем ужине, как она помнит. Но почему-то этот взгляд на ее шрам на лбу сразу же заставляет ее напрячься.
- Я отец Габриэль. Ты меня не знаешь. Мой путь с группой начался, когда прервался твой. Мэгги рассказывала о тебе и об отце, как о людях сильной веры. Я думал, что ты придешь ко мне со временем. Не желаешь зайти?
- Нет, спасибо. Боюсь, что мне нечего найти внутри этих стен.
Ей не нравится этот взгляд на ее лоб. Ей не нравится это выражение в глазах, которому она не может подобрать определение. Странное, очень странное выражение. Так не должен смотреть священник на человека. С благоговением… именно с благоговением. Словно он вот-вот вскинет руки в молитвенном экстазе. И это настораживает ее…
- Это не просто стены, Бетани. Это дом Божий.
- Тогда считайте вина дома Божьего, что я не зайду сюда. Потому что именно в доме Божьем я потеряла веру…
Пока он пытается найти ответ на ее резкое заявление, Бэт быстро разворачивается и идет обратно к дому. Злая за то, что он невольно всколыхнул в ней волну воспоминаний, которые она предпочла бы забыть навсегда.
Забыть, что ее когда-то оставили… бросили умирать…
Она уже смирилась с этим за то время, что провела рядом со своей семьей. Но нет-нет - где-то в глубине души царапнет.
Почему они даже не попытались вытащить ее из этой машины? Я бы расшиблась в лепешку, но вытащила Мэгги… или Дэрила…
Они не знали, что ты жива. Они просто не знали, что ты жива…
Мэгги сидит с кружкой травяного чая в кухне и крутит ту в руках. Смотрит в одну точку, и этот взгляд вдруг злит Бэт.
- Ты уже похоронила его? Придумала, что случится?
- Как ты можешь так говорить? – губы Мэгги начинают трястись. – Как можешь?!
- Почему бы тебе просто не верить в то, что он вернется живым и невредимым?
- И это ты мне говоришь? Ты?! Ты ведь сама говорила, что этот мир не может быть безопасен. Ни для кого. Что всегда надо ждать опасности. Тебе ли говорить…?
- Я бы могла задать тебе тот же вопрос, - Бэт замечает, что Патти начинает беспокойно шевелиться на ее плече, и начинает поглаживать ее по спинке успокаивающе. - Ты знаешь, мы с тобой поменялись местами сегодня. Я верю. Я верю, что все будет хорошо. Я верю, что они вернутся живыми… Я просто верю.
- Ты ведь вернулась, - вдруг говорит Мэгги. Бэт обнимает ее одной рукой, прижимает к своему плечу ее голову ладонью.
- Да, я вернулась. И они вернутся…вот увидишь!
На следующее утро они слышат на крыльце шаги. Кто-то бежит по ступеням прямо к входной двери и распахивает ту, а потом кричит сразу с порога и зовет Мэгги. Бэт, кормящая Патти в спальне сестры, не сразу даже узнает голос Сэм. Настолько этот хриплый и обезумевший голос не похож на ее обычный, тихий и плавный, с легкой хрипотцой бывшей курильщицы. Потом она слышит возбужденные голоса из кухни, где Мэгги готовит завтрак. Слышит, как что-то падает и разбивается. А потом Мэгги кричит на одной ноте… И сердце Бэт замирает в своем беге, а мир вокруг тускнеет.
Сэм белая как полотно. Ее глаза на фоне неестественной бледности кажутся такими темными, что Бэт начинает происходящее казаться чертовым сном. А когда Сэм повторяет весть, которую принесла, Бэт готова сделать все, что угодно, чтобы это действительно было так.
- Гроуди сегодня ночью был у ворот Александрии. Он привез головы в мешке, - наученная горьким опытом пересказа этой новости Мэгги, которая сейчас кусает губы в попытке не разрыдаться, Сэм быстро добавляет. – Это головы животных. Не человека.
- Животных? – недоумевает Бэт.
