– В начале XX века «Могильные карты» типа решили расширить свою власть до Штатов, а в тот период в Америке как раз начиналась эпоха Сухого закона[13]. Они быстро установили связи с американскими бутлегерами[14] и начали поставлять в страну контрабандный алкоголь. Штаты им понравились, так что они основали здесь второй как бы свой филиал и засели надолго. С этого и началось их царствование здесь, а затем прибавились и все остальные грязные делишки по типу наркоторговли, сутенёрства, торговли людьми, поставок оружия и прочее. И всё это время они, конечно же, запугивали всех вокруг себя, убивали людей налево и направо, стоило тем не так посмотреть в их сторону. Весь криминальный мир с самого начала боялся их до усрачки. А потому и семья Харкнессов, – все потомки Бришена и его жены, Юнисии, – стала просто неприкосновенна. Если кто-то вдруг причинял вред любому члену этой семьи, то он лишался всего, часто и жизни. И это правило работает до сих пор. Как-то раз в баре какой-то мужик пристал к Дианне. Ну, он просто хотел с ней переспать, а она – нет. И после этого случая мужика этого видели уже с отсутствующей конечностью. Я знаю только, что ему отсекли руку до самого плеча – ту самую, которой он хватал Дианну в тот вечер. Кормак… ну, в смысле, твой отец, убив Натали, действительно стал исключительным исключением в этом плане. Но думаю, Вистан не убил его не из-за своего несуществующего милосердия, а только по причине того, что смерть дочери скажется на душевном состоянии Кормака куда больше, чем его собственная.
Зайд толкает Нейта в сторону, закатывая глаза и садясь прямо на столик возле меня. Он опирается руками на свои ноги, на нём чёрные порванные на коленях штаны с цепями вокруг ремня.
– Блядь, ты не объяснил самого главного, из-за чего начинал этот трёп – говорит он, потом смотрит на меня. – Короче говоря, суть вот в чём: если ты, цыпочка, станешь Харкнесс, одной из этой ебанутой семейки, то ты будешь неприкосновенна. Равно как все они.
– Даже для Вистана, – добавляет Нейт. – Потому что он свято чтит все традиции и правила своей семьи. Урождённые Харкнессы владеют своими жёнами, и никто другой касаться их права не имеет.
– Вы предлагаете мне… – Я запинаюсь, потому что то, что хочу сказать, будет звучать очень странно и абсурдно. – Предлагаете мне… выйти замуж за Гая?
Они оба переглядываются с усмешками, потом снова поворачивают головы в мою сторону почти синхронно.
– Конечно, сыграть пышную свадьбу пока не получится, учитывая обстоятельства, – веселится Нейт, – но в целом да, это мы и предлагаем.
– Не парься, цыпочка, – ухмыляется Зайд, махнув рукой. – Вы будете мужем и женой только по документам. Можете первое время не трахаться, ничего страшного.
Нейт издаёт фыркающий звук, сдерживая смешок. А я от стыда уже вся горю, превращаюсь в пепел, а потом и ветер уносит мои мысли куда-то очень далеко.
– Ты же сможешь достать нужные бумаги для заключения брака? – спрашивает Нейт.
Зайд рассматривает свои ногти, и я только сейчас замечаю на них местами чёрный лак. Парень отвечает:
– Да. Но займёт дохуя времени. Притом что я один из тех, кого могут выебать люди Вистана, как только обнаружат. Это всё-таки не отключение локации карт. Достать и организовать в целом такие бумаги будет сложнее. Разве что Хизер может с этим помочь.
Я растеряна, я в полном смятении, недоумении и в других странных ощущениях. Но всё же для того, чтобы подать голос, у меня откуда-то находятся силы:
– И вы не обсудите это с Гаем?
– Конечно обсудим, – улыбается Нейт. – Мы же не поженим его без его осведомлённости.
– Я не хочу выходить за него замуж.
Зайд раздражённо стонет.
– Воспринимай это как фиктивный брак, – говорит он. – Вот и всё. Я же говорю, вам жить вместе и трахаться необязательно.
– Господи, прикрой уже свою варежку, придурок! – толкает его Нейт, смеясь.
Я обхватываю руками голову, не веря в то, какой передо мной возник выбор. Остаться целой и невредимой благодаря связям моих же врагов, став женой Гая, или отказаться от этого и быть однажды всё-таки убитой, отчаянно пытаясь спрятаться? Мой мозг разрывается от размышлений.
– Нужно позвать Гая и обговорить это с ним прямо щас, – произносит Нейт, обращаясь к Зайду.
Тот задумчиво пялится на меня.
– Нет, блядь, – начинает он. – Если мы его потревожим сейчас без уважительной причины, он затрахает нам весь мозг, а я не хочу выслушивать и получать по ебальнику.
– Тогда что, по телефону?
– Можешь попробовать.
И Нейт достаёт телефон из кармана своих светлых голубых джинсов, тут же залезая в контакты. Я слышу, как Гай поднимает трубку, слышу его голос по громкой связи.
– Чего тебе, Нейт? – спрашивает он. – Я надеюсь, с Каталиной всё хорошо.
– Да-да, твоя красотка в норме. Я звоню по поводу одной идеи. – Нейт бросает в меня хитрый взгляд, а потом говорит в трубку: – Её мне подкинула как раз твоя крошка.
У меня округляются глаза, а Зайд издаёт такой фыркающий глухой звук, будто хочет засмеяться, но решает этого не делать.
– Я слушаю, – отвечает Гай.
– Что, если поженить вас?
