— Это спортивный зал, — без всякого удивления сказал он. — Мы в раздевалке. Что ты ожидала увидеть, Грейс? Мы в школе, о которой говорил Слава.
Грейс вышла на середину зала и рассматривала потолок, а Хиро снова обратился к дыре. Он глядел на валявшийся на полу мусор и сожалел о том, что не успел как следует поесть. Его взгляд перебирал пакетики от сока и обертки от шоколадок и вдруг упал на то, что, по его мнению, казалось лишним среди всей кучи.
Хиро увидел медицинский бинт. Покрытый запекшейся кровью, он поражал воображение, вызывал неприятные воспоминания и ассоциации. Хиро инстинктивно отвернулся, но тотчас снова взглянул на стену с дырой. Он задумался и, когда в поле зрения опять попала груда мусора, ему показалось, что окровавленный бинт пошевельнулся. Хиро посмотрел на открытую дверь и хотел уже идти к Грейс, чтобы избавиться от странного видения, как вдруг бинт снова пришел в движение, и Хиро увидел потянувшиеся за ним пальцы.
Хиро подбежал к дыре и вытащил горячую недвижимую Марианну.
— Грейс! — закричал он. — Мне нужна твоя помощь! Марианна без сознания!
Хиро, держа одной рукой погибающую девушку, быстро вытащил из кармана пластинку с таблетками и высвободил одну.
— Грейс, — снова закричал он. — Иди сюда! Скорее!
Грейс неспешно зашла в комнату и, окинув недовольным взглядом трагическую картину, процедила:
— Вот же день не задался! Представляешь, пока ползла, у меня порвалось платье!
— Грейс, — велел Хиро, — набери в руки воды и принеси мне. Ей срочно нужно выпить таблетку!
Грейс скрылась в туалете, и Хиро услышал звук освободившейся от долгого заключения воды.
— Быстрее, Грейс! — крикнул он.
Грейс закрыла кран и вскоре показалась из-за двери, держа в руке воду.
— Влей ей в рот! — скомандовал Хиро. — Ей нужно помочь проглотить таблетку.
— Давай, Марианна! — шептал он на ухо, прижимаясь к её щеке. — Ты должна жить! Тебе нужно проглотить это!
— Она так захлебнется, — ворчала Грейс.
Лицо Марианны свела судорога. Её рука до этого плетью висевшая вдоль тела, напряглась и вцепилась пальцами в ночную рубашку.
— Её нужно где-то положить, Грейс. Поищи, может, есть какие-нибудь одеяла. Только быстро!
— Постой, — продолжает Хиро, — у Марианны руки ободраны в местах порезов, бинты мокрые от крови. Достань у меня из кармана чистые и принеси еще воды.
— Я тебе не медсестра, — говорит Грейс и скрывается за дверью.
Хиро ждет, потом осторожно опускает Марианну на пол и лезет в карман за бинтами. Он достает из мусорной кучи пустую бутылку из-под колы, моет её в раковине, набирает воды, потом промывает раны, нанесенные неровными краями бетонного тоннеля, и перевязывает ей руки. Он рвет край бинта пополам и закрепляет его, в то время как слышит шум. Когда Хиро поднимает голову, то видит Грейс, волочащую за собой гимнастический мат.
— Я не нашла ничего более подходящего, — сообщает она. — Итак, две двери здесь — это туалет и душ, третья — это спортивный зал с ещё одной дверью, которая закрыта. Мы заперты!
— Выход есть всегда, — парирует Хиро. — Только ты его не видишь.
Он кладет мат краем на банкетку и укладывает Марианну.
— Посиди с ней, смачивай бинт в холодной воде и прикладывай ко лбу. Я попробую сделать что-то с закрытой дверью.
— Дверь, вроде как, не устойчива, и если сильно подергать за ручку, то ходит взад вперед.
— Я не понимаю, где Слава, — говорит Хиро и выходит из раздевалки.
Грейс смотрит на дыру, потом оборачивается и видит Марианну. Грейс рассматривает её плотно перевязанные руки. Она быстро кидает взгляд на открытую дверь и снова смотрит на руки Марианны. Пристально глядя на дверной проем, Грейс тянет тонкие пальцы к туго завязанному бинту и спешно пытается его развязать.
Марианна дергается, её рука взлетает вверх и проносится прямо у Грейс перед носом. Та в ужасе пятится назад.
— Что ты делаешь? — заходит Хиро.
— Что ты делаешь! — кричит он. — Разве не видишь, как ей плохо?! Неужели человеческая жизнь для тебя ничего не значит, и ты готова поживиться даже на чужом несчастье?!
— Помоги хоть чем-то, поищи что-нибудь поесть, я открыл дверь! — ругался Хиро. — Сам посижу с Марианной.
Грейс, слегка затормозив в дверном проеме, словно хотела ответить, послушно вышла. Остановившись около двери из спортивного зала, она внимательно изучила замок и бросила недоверчивый взгляд в сторону раздевалки. Пока Хиро исправно смачивал бинты холодной водой и клал их на лоб Марианны, Грейс одиноко плутала по школьным коридорам.
Дневник (День 27–28)
☼
Все делают это в моём возрасте.
Ты хочешь знать, что я сделала?
Что ты хочешь, чтобы я сделала?
Я до часа ночи слушала радио. Пыталась спать в ванной. Я запретила себе думать о будущем. Решила придумать новый язык. Я написала в журнал письмо, в котором подробно объяснила, как трудно содержать пятерых детей на зарплату три тысячи рублей в месяц.
Я делала идиотские вещи. Думала об идиотских вещах! И пусть хоть кто-нибудь попробует сказать, что все, что я делала и о чем думала, было идиотством.
Я буду делать то, что считаю нужным. То, что взбредет в голову!
