— Серьёзно? Ты этого не чувствуешь? — она развела руками. — Этот пульсирующий маяк первобытной силы?
Он фыркнул.
— Ты опять читала те пошлые книжонки?
— Пожалуйста, отнесись к этому серьёзно, Райли.
— Извини, — он закашлялся. — Ладно.
— Есть.
— Я, может, и не магический детектор, как ты, Сера. Но я чувствую, когда кто-то наделён магией. Кай ей не наделён.
Они как будто разговаривали о разных людях. Если только…
— Он маскирует свою ауру, — сказала она.
Это единственное объяснение. Из всех магических существ только маги были на такое способны — и то только горстка магов. Это требовало всех сил и контроля, имевшегося в их распоряжении. Существовала ещё маленькая досадная проблемка: чем больше у тебя магии, тем больше дисциплины требуется для её сокрытия. Кай просто сочился магией изо всех пор. Чтобы замаскировать это ото всех, его самоконтроль должен быть просто уму непостижим. И опасен. Очень, очень опасен.
— С чего бы ему маскировать ауру? — спросил Райли. — В этом нет смысла. У тебя паранойя. Возможно, ему просто пришлось сегодня работать с магическими грибами или крылатым котом или чем-то таким.
— Чем он занимается?
— Он ветеринар.
Ну конечно. Как будто мужчина с
Тихий смешок вытащил её из собственных мыслей.
— Если он тебе настолько понравился, я могу куда-нибудь смотаться на вечер.
— А?
— Ну, знаешь, чтобы ты смогла как следует изучить «такое тело».
Милостивый Боже, она же не сказала этого вслух, да?
— Хотя я должен признать, мне типа противно, что ты фантазируешь о моем друге голышом.
О, да, она сказала это вслух. Сера тяжело сглотнула, её щеки горели.
— Но полагаю, это лучше, чем вышвыривать его. А именно это ты и собираешься сделать, не так ли?
Она сделала глубокий вдох.
— Ты помнишь ассасина, который пришёл за мной и Алекс восемь лет назад?
Вся жизнь схлынула с лица Райли, оставляя его бледным как призрак.
— Конечно, я помню, — он прочистил горло. — Этот ублюдок убил папу.
— Тот ассасин был магом первого уровня. И не только — он был самым могущественным магом первого уровня, что я встречала за всю свою жизнь, — она перевела взгляд на закрытую дверь. — До сегодняшнего дня.
Райли ничего не сказал. Он лишь смотрел на дверь.
— Ты знаешь, что я могу чувствовать такие вещи. Так что поверь мне, когда я говорю, что никакой магический гриб или крылатый кот не могут сделать чью-то магию такой. Его магия — древняя и могущественная, и он смертоносен. Большинство людей — не убийцы. Конечно, они могут выпятить грудь колесом, размахивать руками и разбрасываться драматичными угрозами убить незнакомца, который споткнулся об их барный стул. Но это лишь разговоры. Ты видишь это, глядя им в глаза. Когда я смотрю в глаза Кая, я вижу того, кто не станет колебаться, чтобы убить того, кто по его мнению это заслужил. Он холоден, и он расчётлив. И судя по тому, как успешно он маскирует свою ауру, он скорее всего самый дисциплинированный человек, которого я встречала. Все это вместе означает опасность — и немалую. Нам нужно держаться от него подальше.
Сера направилась к двери.
— Оставайся здесь. Я попрошу его уйти. Если нам повезло, он ещё не понял, кто я.
Что она не сказала Райли — так это того, что она не очень-то надеялась на такой исход. Любой настолько могущественный маг мгновенно почувствовал бы её особенную магию, хотя она тоже её маскировала. Но возможно ему все равно. Или, возможно, ей придётся с ним сражаться. Если всё обернётся таким образом, она предпочла бы, чтобы Райли не было в комнате. Она была брутальным бойцом, и её маленькому братишке не нужно было это видеть.
Сера вышла в гостиную, притворив за собой дверь. Кай стоял возле кофейного столика, его холодные голубые глаза встретили её взгляд, отслеживая её перемещения по комнате. Она почти подошла к нему, когда распахнулась входная дверь. Доказывая, что каждый плохой день обязательно станет ещё хуже, внутрь ворвались три вампира с горящими яростью красными глазами.
Это были обычные вампиры, не оборотни, и не подпитываемые демонической силой. Слава богу за маленькие услуги. Но они и не нуждались в могущественной магии, чтобы разорвать её на кусочки. Вампиры — даже обычные — обладали нешуточной силой. Они быстро двигались, крепко били и могли вытерпеть избиение. Вампирской элите нравилось использовать этих монстров в качестве пешек. Они наносили много ущерба и были полностью заменяемыми, по крайней мере, с точки зрения вампирской элиты.
Судя по красному свечению глаз этих вампиров, они были охвачены кровавой яростью, а это означало, что они будут ещё сильнее обычного. Они беспорядочно понеслись вперёд, их тела сталкивались своей болезненной землистой кожей. Блестящие нити пенящейся слюны свешивались с их клыков, их глаза кричали жаждой. И все эти глаза были прикованы к Сере.
