И правда, встреча была более чем неожиданной. Ведь человек, что стоял перед ним — Марта, женщина, что в прошлом была вместе с его другом Кнутом, хоть они и были довольно странной парой.
Зен с самого начала был к ней не благосклонен, и то были не странные чувства ревности, когда из-за женщины разрушается дружба, нет, то были чувства ненависти и к неё, и к другу за то, что та отравляла своему «суженному» жизнь, а сам «суженный» этого не видел и принимал всё как должное.
— Ты ещё в Городе, почему? — спросил Зен, понемногу вспоминая прошлое и испытывая из-за этого злобу.
— Не я одна осталась. Если бы мы, старики, то эта помойка уже давно бы превратилась в простой бордель, — она рассмеялась, — в котором я бы точно не осталась.
На мгновение у наёмника пробежала мысль, что она может быть и стала лучше. Всё же, кем бы она ни была, но в прошлом кроме негативных моментов были и положительные, нельзя же вешать на неё ярлык. Размышления прервало воспоминание последнего момента той потасовки с постовыми у ворот, в которой именно она прибежала и вколола в него транквилизатор. Снова вернулась злоба, но уже с большею силой.
— Вижу я как ты тут работаешь. Наверняка в доле с ними, — скрывая злость и стараясь не добавлять в речь токсины, сказал наёмник.
В ответ он услышал лишь смех Марты. Протяжный, громкий, словно она отдавала все свои силы на этот смех, от чего он был столь противным и невыносимым, что даже у человека незнакомого с нею так, как он, могли подняться руки в попытках задушить этот адский инструмент.
Зен, не выдержав, сильно ударил кулаками по шконке, от чего та издала звук некой хлипкости, который обычно бывает и даёт людям понять, что вот-вот этот предмет или что-то ещё сломается, стоит приложить хоть ещё немного усилий.
Конечно же начальник поста не оставила без внимания подобное действие. Она переменилась в поведении, смех прекратился и на наёмника устремился её суровый взгляд, которым обычно смотрят на злейших врагов. Таким же взглядом смотрел исподлобья на неё Зен.
— Скажи, Зен, зачем ты вернулся? — Неожиданно спокойно без малейшей нити ненависти сказала она, будто и вправду говорила со старым другом.
— Я хочу начать новую жизнь, исправив ошибки прошлого.
— Ошибки прошлого? Исправив? Что ты имеешь ввиду?
— Ты же знаешь, что я ушёл из Города в странствия, не в силах больше терпеть перемены. Я думал, что мне стало хорошо, но ошибался. Каждый день я неосознанно старался уйти от реальности, но по итогу мне стало недоставать сил, и я просто расклеился, — даже с некоторой грустью говорил он, но все эти чувства были талантливо им сыграны, словно он всю жизнь был актёром сцены.
— Это весьма печально, но всё же…
— Я решил вернуться к истокам, чтобы в дальнейшем начать жизнь с чистого листа, — продолжил говорить наёмник, не давая Марте сказать хоть что-то.
Конечно же, под подобным напором она была немного обескуражена, но по-прежнему сохраняла свой рассудок, чтобы просто так во всё это поверить. Она уже была давно научена и понимала, что Зен что-то от неё скрывает. И без сомнения, он не считал её надёжным человеком, поэтому совершал попытки всякий раз скрыть свою истинную цель — найти агента Ларгунова, чтобы тот привёл его к Боргу.
Марта не стала отступать, поэтому решила снова узнать информацию, но уже другим путём и проведя в голове нехитрые умственные действия, сделала вполне правильный вывод:
— Хочешь связаться с Боргом?
— Хех, если бы это было моей основной целью. Но в любом случае было бы неплохо, а ты знаешь где он или его агенты?
— Тоже давно задаюсь этим вопросом.
Нельзя было никак понять постороннему слушателю из этого разговора, что между этими двумя людьми, так спокойно общающихся между собой, развязана настоящая битва. Зен уже давно понял всю тёмную сущность начальника поста и это стало для него сильным ударом.
«Неужели все уподобились этой проклятой грязи… Нет больше моих сил, нет» — думал он, откидывая назад голову и слегка водя ею по стене, испытывая ужасные душевные муки.
Марта не сразу поняла подобные перемены в поведении этого сурового бойца, но она поняла, что в их битве она вышла победителем. Зен тоже сознавал это, что являлось очередным гвоздём в крышку гроба его сознания, которое было побеждено окончательно.
— Как-то всё быстро у нас получилось, — сказала Марта с некоторым торжеством в голосе.
— Ну ладно, отдыхай, — снова сказала она, начиная уходить через некоторую паузу, смотря на мучавшегося Зена.
Торжество, вот, что было в ней. Наверняка она думала: «Ещё немного и можно будет его раскалывать. Ха, какой орешек попался, уже расколотый, только скорлупу убрать». Она думала, что это её заслуга, но это было далеко не так.
Душевные терзания уже давно одолевали наёмника, но ему удавалось их скрывать до этого момента. Тут уже духовную боль нельзя было просто запереть и не обращать на неё внимание, она просто проломила все барьеры и захлестнула его.
Он лежал один во всём мире, повернувшись лицом к стене и съежившись, испытывая ужасный холод, хотя вокруг было достаточно тепло.
