Возможно, следует взять какие-нибудь вещи, которые помогли бы сложить какое-нибудь представление об интеллектуальном уровне существа. Оно не носит одежду, но, с другой стороны, одежда ему, может быть, и нафиг не нужна. Оно не владеет человеческой речью, но это ещё ни о чём не говорит. Для начала рыболов хотел узнать, имеет ли он дело просто с диковинным животным или с разумным существом, способном мыслить на уровне, близком к человеческому. Это многое для него меняло.
Разумеется, не каждый человек может продемонстрировать признаки разумности, и это ещё не говорит о виде в целом: никто не отменял болезней и патологий, отвечающих за мышление. Но, вместе с тем, если станет ясно, что тварь разумная — то это уже показатель. Разумеется, вопросы не только остаются, но и преумножаются — нужно будет найти язык, исследовать культуру, выйти на контакт с остальными, подготовить к этому общество. Но этим уже будут заниматься другие люди. Не тупая толпа, но и не люди в чёрном из закрытых секретных лабораторий.
Разумное существо — это вам не безмозглая макака, которую можно просто так взять и посадить в клетку на потеху публике. Да, собственно, за что? Это ведь всё-таки не преступник, а жертва обстоятельств. С человеческой точки зрения, такая образина, конечно же, смотрится довольно мерзко. Но ведь и с точки зрения той жуткой русалки, поймавший её рыбак — то ещё страшилище. Наверняка всякие разные правозащитники сразу же поднимут вопрос о правовом статусе водяных.
Возможно, стоит помимо пищи организовать монстру досуг. Взять какие-нибудь игрушки вроде тех, что продаются для собак и кошек. Не ахти что, но — для начала сойдёт. Заодно и даст какое-то представление о мышлении существа.
Что ж, брат тем временем не поднимал трубку. Возможно, он уже просто давно сменил номер, но, в любом случае, другого под руками не имелось. И надо признаться, что это даже вызывало у рыболова облегчение.
Стало быть, оставался учёный. В вопросах теоретических аспектов он, безусловно, превосходил рыбака во многом, но касательно предметов прикладного характера — зачастую оказывался беспомощен, как ребёнок. Способный расписать на доске самые сложные формулы, он мог стоять перед дверью с пустым тазом в руках, не сообразив пронести его боком. Естественно, это нельзя было ставить ему в вину: он всего лишь был наделён иным складом мышления, предназначенным для выполнения иных целевых задач. Но применимо к конкретно взятой ситуации всё это серьёзно смущало.
Рыболов представлял, с чего он начнёт свой разговор. Говорить сразу в лоб о том, что спрятано в ветхом доме, он не мог — брат, серьёзный занятой человек, не оценил бы (как ему, наверное, показалось бы) такую «идиотскую шутку». Следовало начать с чего-либо нейтрального. Поприветствовать, спросить о делах, работе, здоровье, детях и родителях, включить ностальгию, припомнить побольше ярких моментов из прошлого, посетовать, что они так мало стали видеться и общаться, предложить съехаться, увидеться и назначить конкретное время встречи вместо неопределённого пожелания. А уже там — привести с собой зверюгу и поставить брата перед фактом.
Рыбак уже собирался взять в руки трубку и совершить звонок, но кто-то успел опередить его за секунду. Телефон зазвонил, и ловец, испугавшись от неожиданности, резко снял трубку, произнеся банальное в таких случаях: «Алло».
— Здорово, брат. Как жизнь, как дела? — практически скороговоркой прозвучал знакомый голос, исполненный неуверенности и тревоги. — Мне нужна твоя помощь.
— Уоу, уоу, полегче, — отстраняясь от телефона на шаг, проворчал рыбак. Впрочем, этого следовало ожидать. Бесцеремонность и напор близнеца были делом привычным, но именно в этот момент они несколько сбили с толку своей внезапностью. Хотя, говоря откровенно, сейчас рыболов согласился бы на любую моральную поддержку, пусть бы даже и на такую.
— Мне сейчас неудобно с тобой говорить, мы могли бы сейчас увидеться? — всё так же напряжённо произнёс раздолбай.
— Вечно ты попадаешь в приключения, — с раздражением пробурчал ловец. — Прямо сейчас не могу: я, между прочим, работаю. Семью содержу. В отличие от некоторых…
Переведя дыхание, рыбак покачал головой.
— Ну, ладно, после работы я буду свободен. Что там снова у тебя стряслось? Смотри у меня, платить по твоим счетам я больше не собираюсь. Если что-то кому-то сломал или что-то где-то нарушил, — выкручивайся сам, — устало сообщил он.
— Нет-нет, что ты, — поспешил заверить авантюрист. — Но это действительно не телефонный разговор. И лучше бы нам для начала увидеться не у тебя дома, а где-нибудь ещё.
— За городом устроит? — не услышав возражений, рыбак продиктовал адрес ветхого дома, велев не приходить до тех пор, пока он сам не освободится и не позвонит.
— Хорошо. Я подъеду, — ответил ему брат таким тоном, как если бы с души свалился камень. А это не сулило ничего хорошего. Скорее всего, он либо снова встрял в разборки, либо снова влез в долги, либо нуждается в средствах на какую-нибудь безумную глупость, наподобие безумной идеи приобрести участок на Луне.
