– Но я знаю, о чем вы еще хотели спросить меня, сир Магнус, но не спросили, – продолжала канафирка. – О том, не шантажирую ли я юного сира Гилберта, пытаясь поживиться за счет несчастного сироты. Разумеется, это не так. А даже приди мне в голову подобная идея, я еще не выжила из ума, чтобы вымогать деньги у ребенка, находящегося под защитой кригарийского меча.
Баррелий тоже промолчал, не возразив ей и ничего не добавив к ее словам. Так что отсутствие с нашей стороны возражений должно было стать для хозяев свидетельством того, что Вездесущая говорит правду.
– Что ж, спасибо всем за откровенность, – поблагодарил нас сир Магнус. – А теперь позвольте и мне кое в чем сознаться. Не знаю, насколько трезво вы оцениваете все то, чему стали свидетелями. Но, похоже, что вы искренне в это верите. И потому, даже если вы ошибаетесь, ваши заблуждения вполне простительны. Но есть кое-что, о чем вы не знаете, и что не дает нам сейчас покоя… Объясните им, Брехт, прошу вас.
– Ваше видение ситуации нам понятно, – подхватил Брехт. – Но вы упустили одну деталь. Причем немаловажную. Если курсоры тоже претендуют на это наследство, то почему они не попросили нас, чтобы мы уведомили вас, когда вы сюда доберетесь, что Капитул желает с вами встретиться и обсудить данный вопрос? После того, как Илиандр узнал, что Шон жив и сбежал из города, курсорам следовало бы отправить нам такую депешу. А мы ее не получали. Ни от Илиандра, ни от кого-то еще. Капитул мог бы сделать нас посредником также, как хотите сделать вы. Вот только он нас не использует. Почему? Ведь это самый простой и логичный способ связаться с Шоном, когда он объявится в Кернфорте. Но вместо этого курсоры зачем-то устраивают беспорядки, хотя знают – до нашего хранилища им не добраться.
– Вероятно, в отличие от вас, они уверены в совершенно обратном, – усмехнулся ван Бьер. – Но вы задали правильный вопрос. Хотя и не шибко сложный. Заклинатели молний не стали связываться с вами, потому что задались целью уничтожить не только семью Гилбертов, но и ваш банк. А почему – это вы мне скажите. Какие такие страшные тайны доверил вам отец Шона, что теперь Капитулу проще убить вас всех, чем взять с вас клятву о неразглашении этих тайн?
– Богом клянусь, сир кригариец: я понятия не имею, о чем вы толкуете! – всплеснул руками Штейрхофф. – Я был всего-навсего банкиром сира Гилберта-старшего, но не его доверенным лицом. Он никогда не делился со мной своими секретами!
– Охотно верю, – ответил Пивной Бочонок. – Только убеждать в этом вам надо не меня, а курсоров. Но как вам сделать это теперь, когда они сорвались с цепи – ума не приложу.
– А что, если секреты, которые имеет в виду сир кригариец, все-таки существуют и находятся здесь? – предположил Хюбнер. – Только искать их надо не у сира Магнуса, а в хранилище гранд-канцлера?
Эта простая, казалось бы, мысль поразила всех настолько, что в зале воцарилась тишина. Было слышно лишь сиплое старческое дыхание Штейрхоффа, да раздающиеся снаружи крики, бряцание оружия и топот множества ног. Не иначе, в замке начались военные учения, потому что для очередного штурма было вроде бы рановато – хойделандеры еще не достроили осадную башню.
– Что ж, самое время попросить Шона открыть нам свое хранилище. И показать, есть ли там нечто такое, о чем мы здесь говорим, – подытожил общее раздумье Баррелий.
– Подождите! – Сир Магнус поднял руку, призывая к тишине. – Снаружи что-то происходит! Кажется, опять боевая тревога!..
В дверь громко и требовательно постучали.
– Да-да, войдите! – крикнул банкир, обернувшись.
– Сир! Вы должны это срочно увидеть, сир! – выпалил не вошедший, а ворвавшийся в зал посыльный-кондотьер. – Там, за стеной… Островитяне притащили какую-то огромную магическую штуку!
– Что, и правда магическую?! – удивился Штейрхофф, с кряхтением поднимая свое грузное тело из кресла.
– Похоже на то, сир! – подтвердил кондотьер. – Полковник Черетти сказал, что отродясь не видел ничего подобного. И он даже не догадывается, что это может быть!
– Даже не догадывается?… Ладно, Эрли, беги, доложи полковнику, что я буду на главной башне. И как только они с майором Штоллем расставят бойцов на позиции, пусть поднимутся ко мне!
– Будет исполнено, сир! – откликнулся Эрли. И, развернувшись на каблуках, скрылся с наших глаз.
Брехт и Хюбнер поднялись вслед за хозяином, готовые сопровождать его на вершину башни.
– Разрешите и мне с вами, сир Магнус! Возможно, я смогу разобраться, в чем там дело, – подал голос ван Бьер. Он явно не собирался отсиживаться здесь, когда за стенами замка творилось нечто из ряда вон выходящее.
– Да ради бога! Будьте так любезны! – Штейрхофф махнул рукой, приглашая кригарийца к нему присоединиться. Что тот и сделал, выскочив из-за стола так поспешно, что аж уронил на пол свое кресло.
Насчет нас с Псиной никакого разговора не было. Но меня тоже снедало любопытство, и я, подхватив котомку, припустил за монахом, надеясь, что ни он, ни сир Магнус не будут против моей компании…
