– Зачем мне хранить порнографическое доказательство того, как мой лучший друг и девушка трахаются? – сарказм, словно густой сироп, сдобрил его слова. Но логика в них имелась. Я бы тоже не хотела такое хранить. Но отследить манипулятора можно только через письмо. У меня появилась идея
– А как насчет Кэйвена? Он ведь программист, так? Он ведь может достать удаленные файлы?
Улыбка медленно растекалась по лицу, пока Кай размышлял о чем-то, постукивая кончиком пальца по носу.
– А ты не только красивая.
Я нахмурилась.
– Идея супер. Завтра спрошу его.
– Спросишь кого и о чем? – поинтересовался Кэл, осторожно просовывая в дверь голову. Я выгнула бровь.
– Просто проверяю, чтоб вы тут не трахались вовсю или что похуже, – ответил он на мой немой вопрос.
– Хотя бы на пять секунд достань свою голову из помойного ведра, – прошипел Кай, – такое поведение до добра не доведет.
– Не притворяйся святым, Кай. Львиная доля похождений досталось и тебе.
– Хватит! – потребовал Кай. – Мне нужна твоя ясная голова, чтобы разгадать ее замысел.
Внизу прогрохотали быстрые шаги, и мы застыли от неожиданности.
– Пожалуйста, подожди, – голос Джеймса звенел от отчаяния.
– Убери свои руки! Я никогда тебя не прощу! – переполненные эмоциями крики Алекс прерывались рыданиями.
– А теперь-то что? – вздохнул Кэл и пытливо посмотрел на нас, словно желая прочесть ответ на лицах.
Я слезла с коленей Кая, он поднялся следом. На душе стало тепло, когда я прислонилась к нему спиной.
Алекс промчалась мимо кабинета размытым пятном, даже не обращая на нас внимания.
Джеймс пробежал секундой позже. Кэлвин пошел было за ними, но Кай удержал его, молча покачав головой.
– Я хочу, чтобы ты убрался отсюда! – кричала Алекс. – Убрался из этого дома. Из моей жизни. Подальше от моих мальчиков.
– Пожалуйста, Алекс, – умолял Джеймс. – Я люблю тебя. Мне жаль. Я весь остаток жизни буду говорить это тебе, но пожалуйста, пожалуйста, не делай этого.
– Сэкономь себе время, Джеймс. Не стоит умолять или давать ложных обещаний. Наш брак завершен, и тебе пора уходить.
Кэл отпихнул руку Кая и кинулся к двери. Мы шагали за ним.
Пришлось пригнуться, когда над головой пролетел целый ворох одежды. Кэлу не повезло, и ему на голову приземлилась рубашка. Стащив ее, он уставился на мать. Алекс стояла на верхней ступеньке, держа в руках мужскую одежду. Волосы растрепались, глаза опухли и покраснели, как будто она плакала без остановки. Я сочувствовала ей всем сердцем.
– Мам, ты в порядке? – спросил Кэл.
– Идите в свои комнаты, пожалуйста. Мы с мамой должны кое-что обсудить, – попросил Джеймс, стоя на три ступеньки ниже нас.
– Пусть останутся, – Алекс бросила одежду вниз. – Ты скажешь им, или мне достается такая ответственная роль? Как, впрочем, и во всем остальном, – она уперлась руками в бедра.
– Я должна была понять. Тебе всегда нравилось, когда тяжелую работу делали за тебя.
Джеймс поморщился:
– Я понимаю. Ты пытаешься меня задеть, и я этого заслуживаю. Делай все, что хочешь, я все равно не уйду.
Алекс засмеялась сквозь слезы:
– Ты гребаный идиот и сраный обманщик! – крикнула она. – Я не выставляю тебя из дома. Я с тобой развожусь, нравится тебе или нет.
Встревоженный взгляд Кэла переместился с одного родителя на другого.
– Я не уйду, – Джеймс вцепился в перила. – Не потеряю свою семью.
Алекс закричала, перегнувшись вниз с еще одной кипой одежды.
– Нужно было думать об этом до того, как потащил мою ассистентку в постель.
Кэлвин оторопел:
– Что? – он повернулся и уставился на отца. – Ты трахнул Кортни?
Джеймс проигнорировал вопрос, снова обращаясь к Алекс:
– Пожалуйста, Алекс. Не делай этого.
Жесткий взгляд исказил прекрасное лицо Алекс, и она стала спускаться по лестнице к мужу.
– Давай проясним вот что, Джеймс. Не я делаю это. Ты это сделал. Сам себе испортил жизнь, – она ткнула пальцем ему в грудь, – Ты начал это в тот миг, когда впервые оседлал эту шлюху.
От Алекс волнами исходила ярость. Она бросилась к Джеймсу, тот покачнулся, почти потеряв равновесие. Я пребывала в тихом ужасе. Алекс всегда была квинтэссенцией леди и эту ее сторону я никогда раньше не видела.
Не то, чтобы я осуждала. Ее можно понять, учитывая ситуацию.
Кай бросился к матери, схватив ее сзади, и она осела в его сильных руках. Поддерживая мать, он поднял полный холода взгляд на Джеймса:
– Если она хоть немного тебе дорога, то уходи. Дай ей прийти в себя. Она это заслужила.
Джеймс выглядел поверженным, соглашаясь с Каем:
– Она заслужила намного больше, сынок.
Он повернулся, ссутулив плечи, и пошел вниз по лестнице, собирая по пути свою одежду. В помещении стояла гробовая тишина.
Кэлвин посмотрел на меня полным боли взглядом.
Уже стоя в дверях и держа перед собой целый ворох одежды, Джеймс обернулся:
– Прости, Алекс. Правда, прости. Я виноват. Я дам тебе время, но пожалуйста не ставь крест на нашем браке, по крайней мере пока все хорошо не обдумаешь.
Он перевел взгляд на ребят:
– Я люблю вас. Всех, – взгляд коснулся и меня. – Приглядывайте за мамой.
