ЛанаЯ знала, что все закончится катастрофой, но слишком любила его, чтобы остановиться. Кэлвин Кеннеди завладел моим сердцем… а потом просто уничтожил его. Теперь я бегу от прошлого, которое хочу забыть. Но он снова появился в моей жизни – чтобы вернуть меня, на этот раз навсегда. Как я могу доверять Кеннеди, если знаю, что он опять разобьет мой мир на мелкие кусочки?КэлвинЛана всегда была слишком хороша для меня. Это знали все, кроме нее. Я пытался держаться подальше, но не смог и причинил ей боль. Она ушла, и теперь я точно знаю: моя жизнь без нее не имеет смысла. Она умоляла меня держаться подальше, но я снова нарушил обещание и поступаю в Университет Флориды. Лана здесь. И я полон решимости доказать, что заслуживаю второго шанса.
Siobhan Davis
Loving Kalvin
© 2017. Loving Kalvin by Siobhan Davis. Moral rights of the author have been asserted.
© А. В. Костянова, перевод на русский язык
© ООО «Издательство АСТ», 2021
Чтобы получить удовольствие от романа «Влюбится в Кэлвина», вам необязательно читать предыдущие три книги серии – «Найти Кайлера», «Потерять Кайлера», «Удержать Кайлера», но я настоятельно рекомендую сделать это, потому что именно в этих книгах вы впервые знакомитесь с двумя главными и несколькими второстепенными персонажами настоящего произведения.
Я хотела создать роман таким образом, чтобы не возникало никакой путаницы ни у тех читателей, кто уже знаком с книгами этой серии, ни у тех, кому только предстоит это знакомство. События пролога происходят в утро судебного заседания (книга «Потерять Кайлера»), состоявшегося пятнадцатого ноября, а затем основная история разворачивается спустя одиннадцать месяцев после этого события или спустя три месяца после событий эпилога в книге «Найти Кайлера».
Встретившись с Ланой и Кэлвином, мы обнаружим, что они оба учатся в Университете Флориды и уже оставили за плечами два месяца первого курса.
Я привыкла считать себя порядочным человеком.
Добрая, почти бескорыстная, с представлениями о морали и открытым сердцем.
Но, похоже, я ошибалась.
Потому что добрый, бескорыстный человек с открытым сердцем не стал бы поступать так, как действовала я последние несколько месяцев.
Порядочный человек не продолжил бы врать.
Порядочный человек не стал бы обвинять в столь ужасном деянии единственного парня, который когда-либо что-то для него значил.
– Лана, через полчаса мы должны выехать, чтобы наверняка припарковаться у здания суда, – говорит мама, просунув голову в дверной проем. Она разместила нас в номере со смежными комнатами, потому что в последнее время боялась выпускать меня из виду.
Я поднимаю взгляд от стола, грызя кончик ручки.
– Хорошо, я буду готова.
Ее выразительные карие глаза, так похожие на мои, скользят по лежащему передо мной исписанному листку. Выпрямившись, она смотрит на меня осуждающим взглядом.
– Что ты делаешь?
– Пишу письмо Фэй, – лгу я с уверенностью опытного обманщика. В последнее время ложь слетала с моего языка так же легко, как соскальзывает с ножа кусок теплого сливочного масла.
Я была мошенницей и не могла ненавидеть себя еще больше, даже если бы захотела.
Я сглатываю болезненный комок, вставший в горле, и одариваю маму прохладной улыбкой.
– Зачем? Ты ничем не обязана этой девушке. – Ее губы сжимаются в тонкую линию.
– Не начинай, мам, – качаю я головой. – Она была моей подругой, и я должна объясниться перед ней.
– Позволь не согласиться, – мама скрещивает руки на груди, – сегодня будут озвучены все объяснения. Как только ты дашь показания, она сразу поймет, почему ты уехала, не прояснив ситуацию. Это было лучшим решением. Оставь все как есть, дорогая.
Тошнота подступает к горлу, я сильно сомневаюсь, что справлюсь сегодня без мотивирующего толчка. Можно продолжать спорить с ней, но тогда я не успею закончить письмо. А оно слишком важное, чтобы делать это в спешке.
– Мам, пожалуйста. Я не хочу ссориться. Не сегодня. Я допишу письмо своей подруге, а потом надену костюм, – машу я рукой в сторону черного бесформенного монстра, которого она положила мне на кровать. – Встретимся в фойе перед отъездом.
Определенно уловив решимость в моем тоне и выражении лица, мама отступает.
– Я тоже не хочу ссориться, милая. Знаю, как тяжело сегодня будет. Оставляю тебя спокойно дописывать письмо. – Она тихо закрывает за собой дверь.
Я обмякла в кресле и шумно выдыхаю.
Да, сегодня будет тяжело.
Но не по той причине, о которой думает мама.
Отбросив эти мысли, я решаю сосредоточиться на стоящей передо мной сейчас задаче и смотрю на груду скомканных листов в мусорной корзине – свидетельство моего сказочного провала. Могло показаться убогим то, что мне, страстно желавшей стать писательницей, настолько сложно подобрать слова и объяснить парню, которого люблю, как сильно я сожалею.
Я знала его вдоль и поперек, так что дело не казалось сложным. Это должно идти от самого сердца. Пара пустяков, не так ли?
Так почему же это самая сложная вещь, которую мне приходилось делать?
Окинув взглядом наполовину исписанный лист, я с хмурым видом придирчиво изучаю свою последнюю попытку. Разочарованная, комкаю лист и швыряю его через комнату.
Ох. Упершись локтями в стол, я роняю голову на руки и закрываю глаза. Его красивое лицо навязчиво маячит перед моим внутренним взором, и острая боль снова пронзает сердце.
Боже, я так по нему скучаю! Не была уверена, что мне хватит сил сделать это.
Проблема выеденного яйца не стоит.
Я
Вот что мне мешает.
Хотя я знаю, что все к лучшему, романтическая, тоскующая по прошлому часть меня все еще считает Кэлвина Кеннеди своим прекрасным принцем. Своим единственным и неповторимым. Своим будущим.
