Химера. Найти себя-1
Алесан
Эухения всегда полагала, что знает, как сложится её жизнь. Вот только мы предполагаем, а боги располагают. Девушка становится жертвой безумного мага, который превращает её в химеру, существо, неопределённой расы. Теперь её цель - выжить. Найти своё место в жестоком мире. Страшная сказка? Сперва - жертва эксперимента, потом - любимая внучка и наследница, игрушка в руках сильных мира сего. Фиктивный брак спасает от притязаний короля, но не гарантирует личного счастья. А быть счастливой так хочется. Судьба заносит её далеко от родного дома. Драконьи горы и Академия магии. И ОН, тот, кто станет её судьбой. Часть первая.
Пролог
Весна в этом году выдалась очень ранней и теплой. Природа просыпалась от зимней спячки быстро, рывками. Ещё вчера вокруг было голо и грязно. Лес шумел чёрными палками ветвей, где-то звонко звенели ручейки, пытавшиеся напоить ещё не совсем растаявшую землю, талой водой. Зимы в рейнском королевстве были хоть и недолгие, но холодные, снежные. Весна же, обычно, долго собираясь с силами, раздумывала, вступать ли ей в свои права или нет. Но только не в этом году. В этот раз она пришла стремительно, сразу заявив о себе тёплыми солнечными лучами, перекличкой птиц и звонкими голосами ручьёв, стремительно зеленеющими деревьями и кустами, первыми цветами, пробивающими себе дорогу к солнцу.
И только Ичвудский лес, мрачной негостеприимной громадой стоял на пути любого путника. Для окрестных жителей этот лес так и не стал кормильцем и защитником. Зато был постоянной угрозой для любого жившего по соседству человека. Словно грозный страж, замер на пути между людскими землями и Великим Лесом, владениями эльвэ, или, как они себя называли иначе - перворождёнными. Ибо боги, населяя Кайэлин, первыми дали жизнь этому народу. Так говорили Хроники эльвэ.
Дурная слава, закрепившаяся за Ичвудским лесом, предупреждала любого неосторожного путника, что он рискует, вступая под его сень, не только жизнью, но и душой. Местное население, жившее неподалёку, с опаской относилось и к дарам лесным, и к любому существу, рискнувшему выйти из-под его крон. Нечисть да нежить - вот обитатели Ичвуда и иных там нет и быть не может. Случалось, в этих местах пропадали люди, а потом знакомые видели их, только это уже, вроде бы были и не они вовсе. Ходили страшные слухи о сумасшедшем маге, поселившимся в развалинах Ичвудского замка. Но далее нескольких лиг эти слухи не распространялись, усиленно пресекаясь местными властями.
Более ста лет назад, до большой войны, эти земли, граничившие с Великим Лесом, посещали эльвэ. Перворождённые заботились о своих границах и не допускали распространения нечисти. Но вот уже более века, как эльфы закрыли свои границы. Любой путник, слишком близко подошедший к их Лесу, первую стрелу получал в носок обуви, а вторую в глаз.
Рейнские правители несколько раз пытались подарить земли Ичвуда своим вельможам, но всякий раз дело заканчивалось плохо. Стоило новому владетелю посетить свои новые владения, как случалось несчастье: болезнь ли, покушение или просто стечение обстоятельств, но новый хозяин неизменно переселялся из замка на местное кладбище. В конце концов слухи о том, что эти земли прокляты, заставили последнего владельца Ичвуда держаться от этих мест как можно дальше. Впрочем, герцог д’Эстре ничуть об этом не жалел. Ему и так было неплохо при королевском дворе. Такова была официальная версия событий прошлого и настоящего.
Полуразрушенный Ичвудский замок был безлюден уже который год. Из всего строения в хорошем состоянии сохранилась только одна башня. Прогремевший в конце весны внутри неё взрыв, а затем, и после возникший пожар, практически уничтожили строение. Провалившаяся внутрь крыша, черные провалы окон и закопченные стены - вот, что увидел бы смельчак, посмевший сунуться в эти места.
Царившая вокруг тишина была нарушена скрежетом, идущим из подвала башни. Вскоре остатки двери, перекрывавшей проход, были выломаны, и на белый свет вывалилось окровавленное существо. С первого взгляда определить кто это, оказалось невозможно. Существо стонало и скулило, но упрямо ползло вверх по ступеням, пытаясь убраться от развалин башни, как можно дальше. Рывок, ещё рывок, отдых и снова движение вперед. Пострадавший явно стремился добраться к протекавшей недалеко речке. Когда же это ему удалось, он или она, прильнув к воде, с жадностью начал пить. Утолив жажду, существо, вглядевшись в своё отражение в воде, огласило окрестности тоскливым безнадёжным воем.
Глава первая
Эухения
Эухения давно уже не питала иллюзий в отношении своей мачехи и опекуна. Не с чего было. Счастливое детство закончилось со смертью отца, случившейся два месяца назад. Мать умерла ещё раньше. Часто, сидя на подоконнике в своей комнате, она любила придаваться воспоминаниям о недавнем прошлом, времени, когда её любили и заботились о её нуждах.
