Существует древний артефакт, способный вернуть мощь ритуала, благодаря которому Император приобрел бессмертие, и Нежелательные лица Галактической Империи начали за ним охоту. Темный правитель тоже отправился искать артефакт, дабы избавить себя от опасности. Помимо этого, Император решил подчинить себе всю Вселенную. Ожидается опасное приключение, от которого зависит судьба не только Главной Галактики, Млечного пути и Сомбреро, но и всей Вселенной. И не только нашей Вселенной…
Слабо огни освещали главный конференц-зал Парламента. Круглый стол, диаметром больше пяти метров, восседал на самой верхней платформе зала. Остальные крохотные платформы в полном одиночестве на магнитной силе парили по огромному залу, слабо освещая пол. Светильник на главном столе холодно озарял каждого сидящего за ним, подчеркивая мрачность и бездушность на лицах. Император Эрамгедон, восседая на высоте, сидел на самом верхнем кресле и слушал речь канцлера Даниэлда, постукивая указательным пальцем по ручке скипетра. Пока, кроме него и его свиты, в Парламенте никого не было. Но это пока…
— Его Величество за один день умудрился добиться доверия среди королевства Сомбреро, — говорил Даниэлд, быстро скользя взглядом по присутствующим. Максимилиан и Садрен молча кивнули, — между нашей Империей и Королевством будет проходить внешняя политика и, возможно, нам удастся объединиться в единый Альянс.
— А что насчет Федерации Вселенной? Галактической Федерации Млечного пути? Царства Андромеды? — поинтересовалась Софиан, которая сидела рядом с Эрамгедоном. — Они вообще знают о том, что в нашей Галактике с Королевством Андрианы покончено навсегда?
Даниэлд обдумывал над ее словами. Но за канцлера ответил сам Император:
— Нет, они еще не знают… — и издал тяжелый выдох усталости.
В черных глазах Эрамгедона не было заметно той самоуверенности. Даже холодность исчезла. Веки пытались друг к другу прилипнуть, а длинные ресницы слегка прикрывали огромные синяки темно-зеленого цвета. Его медовая гладкая кожа засохла и покрылась трещинами.
— Что с вами, Император? — не понял Максимилиан.
Эрамгедон ответил мягким и приглушенным голосом. Это слегка удивило всех, ведь никогда Эрамгедон не говорил таким тоном:
— Я чувствую себя очень странно…никогда такого не испытывал…
— Что именно? — испуганно спросила Софиан, подняв свои брови.
Эрамгедон злобно покосился на нее:
— Почему-то, когда я использую свою силу, она забирает очень много моей энергии, и я чувствую невыносимую усталость… — сияние камня на скипетре слегка померкло, — Я за день много чего сделал: вытащил из-под земли огромный замок, провел ритуал, далее вытащил древние города так же, как свой замок, превратив из пустыни Финикса планету, какой она была десять миллиардов лет тому назад, что даже климат на Финиксе изменился… — его голос становился все ниже с каждым произнесенным словом, — далее…я вернул своих монстров, воскресил их мумии, которые были заперты в глубинах пещер…и после этого я чуть не потерял сознание…
Закончив, Эрамгедон начал кашлять, прикрыв дрожащей рукой свой рот. Каждый внимательно следил за ним, затаив дыхание. У Софиан брови поднялись еще выше, слившись с волосами, а Мариам открыла рот:
— Э-Эрамгедон…ты хочешь сказать, что твоя сила…
— Возможно, она меня убьет.
— Почему?! — ужаснулся Даниэлд, сильно побледнев. — Вы…вы не можете умереть…
— Не знаю… — Эрамгедон снова прокашлялся, словно был болен, — но при каждой попытке ею воспользоваться я чувствую, как сила меня медленно убивает…
Садрен, Максимилиан и Даниэлд раскрыли от сильного изумления глаза. Софиан в неверии качала головой, а в ее глазах была заметна грань слез отчаяния. А Мариам злобно стукнула кулаком по столу:
— Какого черта, Император?! Вы бессмертное существо, вы не можете умереть! Что с вами?!
Эрамгедон злобно поджал губы и сомкнул кончики длинных пальцев обеих рук возле своих губ и подарил Мариам злобный взгляд. Обнажив стиснутые зубы, он начал тихо шептать, чуть ли не шипя. Его шепот был настолько устрашающим, что у Мариам пот на лбу выступил:
— Ты думаешь, мне нравится, что моя сила истощает меня? Думаешь, мне нравится, что я триста лет ждал своего восхождения ради того, чтобы моя собственная сила убила меня? Думаешь, мне хочется, чтобы сила, убив меня, принесла огромное счастье этому тупому принцу, Петеру и Стафану?
— И-Император… — начала дрожащим голосом тараторить Мариам, невинно улыбнувшись, — я просто испугалась…я не хочу вашей смерти…я хочу, чтобы вы правили вечность…
Эрамгедон довольно улыбнулся.
— А вы знаете, почему сила так плохо стала влиять на вас? Было ли такое раньше? — поинтересовался Садрен.
Эрамгедон снова устало вздохнул:
— У меня есть предположение…Мне кажется, ритуал, которым сэйлансы отняли мое тело, причастен к этому. А еще мне кажется, что сила стала неполной. Она теряет свой источник. Из-за того, что она неполноценна, она причиняет мне боль. Тем более она украдена.
— Неполная?.. — у Софиан зрачки расширились от удивления, — Как она может быть неполной?..
— Мне кажется, я украл не всю высшую силу, а лишь ее часть. То бишь богов было не пять, а больше, просто в наш мир попало пять богов. Сила не слушается меня, потому что теряет свою мощь. Она была очень много лет заперта, начала угасать, еще я чувствую, очень сильно чувствую, что я украл маленькую часть силы, а не всю.
— И что делать? — запуталась Мариам.
Сложив руки у груди, Эрамгедон ответил:
