Может быть, что-то, даже многое зависело и от нас. Может, мы не умели торговать. А может быть, тоже не проявляли особых усилий, потому что обходились и без этого. Словом, для того чтобы разгрести завалы, нужен был не только советский бульдозер, но и американский.
Именно так следовало решать проблему доверия. Заклинаниями здесь ничего не добьешься. Оно складывается в результате реального процесса, на основе практических дел, в том числе усилий сторон по развитию торгово-экономических, научно-технических, культурных и иных связей и, конечно, усилий по прекращению гонки вооружений, разоружению. Доверию могла содействовать и совместная забота об урегулировании региональных конфликтов.
Опять – таки – что Вы из этого поняли? Я лично – еще меньше, чем от выступления Горбачева по вопросам экономики. Если в вопросе экономики была хоть какая-то конкретика то тут – сложно отыскать даже пару оформленных мыслей в этом потоке сознания.
Но, тем не менее, попробуем
Наши беседы были откровенными, продолжительными, острыми, в отдельные моменты чрезвычайно острыми. Мы увидели, что у нас есть то общее, что может стать отправным пунктом улучшения советско-американских отношений. Это понимание того, что ядерная война недопустима, что ее вести нельзя и в ней не может быть победителей.
Эта мысль не раз высказывалась и с нашей стороны, и с американской. Из этого следовал вывод, что центральная проблема в отношениях между нашими странами – это проблема безопасности. Я говорил президенту Рейгану: давайте подумаем, как нам действовать в интересах и советского, и американского народов, чтобы как-то улучшить двусторонние отношения, а затем, может быть, сделать эти отношения дружественными, исходя из того понимания, что наши страны не только различны, но взаимосвязаны. Ведь альтернатива – это всеобщее уничтожение.
На самом деле, эти слова Горбачева показывают, что он не имел концептуального понимания того что же такое ядерное оружие.
Ядерное оружие – это само по себе не оружие, это мера сдерживания. Оно существует не для его применения, это как бы залог мира. По-настоящему опасным оно становится в руках фанатиков – а Рейган фанатиком не был, хотя возможно хотел таковым казаться.
Горбачев не понял, что беспокоит Рейгана по-настоящему. А его беспокоило, прежде всего, состояние самих США – только что прошедших через серьезную инфляцию, гражданские волнения, движение хиппи и антивоенное движение, рост преступности, проблемы городов. США потеряли Иран как главного союзника на Ближнем Востоке. Но главное что беспокоило Рейгана – отсталость промышленности и проигрыш конкуренции с Японией, которая тогда шла в наступление по всем экономическим фронтам, а дефицит торговли с ней был просто огромен. В восьмидесятых – казалось, что маленькая Япония вот-вот победит гиганта, если уже не победила. А что Горбачев?
А Горбачев навязал переговоры об ядерном оружии. Рейган долго не верил и сопротивлялся, но потом все же поверил.
