– Это я должен тебя спросить. Это ты меня обворовал?
– Я? – Ваганов не понял вопроса.
Они вошли в лифт и всю дорогу разбирались.
– Ты. Больше некому. И не лепи горбатого, – спокойно сказал новый русский.
– Кто тебе такое сбрехал?
– Никто. Я сам догадался. Меня обокрали тогда, когда я был в ресторане. Тебя с нами не было.
– И это все? Я с Танькой встречался.
– Да? Что-то ты со свидания быстро пришёл.
– Ты помнишь, когда я пришел? Ты был сильно пьяный и ничего не видел.
Смирнов усмехнулся:
– Я, может, и был пьяный, но я не слепой. И память у меня хорошая. Почему ты с нами в ресторан не поехал?
– Что за дурацкий вопрос? Не захотел, так и не поехал.
Ваганов закипел:
– Толян, я не врубаюсь, какого хрена ты все грехи валишь на меня? Хочешь, чтоб я на шконку за сухаря сошел?
– Ты забыл, как очутился на той самой шконке? На кого ж мне еще думать? Твоя эта невинная коза, я больше чем уверен, ни о чем не знает.
– Фрей шуруется, – усмехнулся Ваганов.
– Шо ты хмыкаешь, падла, уркаган конченый! Даю тебе ровно неделю, чтобы вернуть то, что ты накрал – у меня из кармана и из квартиры! Приезжала хозяйка и видела погром, она хочет писать заяву ментам. Я уговариваю ее этого не делать, объясняю, что знаю вора, и он сам все вернет. Так что если через неделю не вернешь, будешь иметь дело с ментами. Вернешь украденное из квартиры, остальное – дарю.
– А ты докажи, что это я. Ты меня только голословно обвиняешь, а ты докажи.
– Кроме нас четверых в ту минуту никого рядом не было. Валерка с Костькой отвлеклись, мы остались с тобой наедине. Я, может, и был бухой, но помню, как ты лез в мой карман.
Ваганов пустил смачную струю дыма.
– Ну, допустим, что я залез в твой карман, – согласием ответил он. – Но хату я не брал. У меня и ключа-то нет. А замки ломать – я не «медвежатник».
– Хорошо. Я тебе поверил. Тогда пускай хозяйка пишет заяву, а менты будут разбираться, кто там наследил.
– Пишите, это ваше право, – смело ответил Ваганов. – Только не будет ли поздно? Через неделю-то? Порядок в хате навели, следы уничтожили. А может, там и нет следов-то…
– Ты, конечно, мог следов и не оставить. Ты же опытный. Я только не пойму, зачем ты меня «обул»? Если тебе деньги были нужны, ты б меня попросил, я б тебе их и так дал.
Вернувшись в комнату, Ваганов с удивлением обнаружил, что Тани там нет. Он растерянно посмотрел на друзей, но те лишь плечами пожали. Зато Зурват Бесланбеков опустил глаза и отвернулся.
– Что здесь творится? – сурово спросил Ваганов. – Где Танюха?
– Ушла, – дал лаконичный ответ кавказец.
– Куда?
– За дверь. – Русский язык Бесланбекова сменился осетинским.
– Куда? – переспросил Ваганов.
– За дверь.
– Почему ушла?
– Наверно, не захотела ждать. Слюшяй, а может, она тебя бросила?
Ваганов поднял Зурвата за шиворот.
– Колись, гнида кавказская, почему девчонка ушла?
– Ваганыч, у тебя с ней серьезно? – спросил Завьялов.
– Да, серьезно. Даже очень. А что? – Ваганов отпустил Зурвата.
– Нет, ничего, праздное любопытство. В Рязани у тебя их была тьма, и ни с кем ты не сошелся, а здесь…
– В Рязани все не то попадалось, а здесь прямо то, что надо. Я влюбился.
– Иди ты! – не поверил Завьялов.
– Сам иди, – огрызнулся Ваганов.
Таня неожиданно вернулась.
– Таня, где ты была?
– Выходила пройтись. Юра, ты меня одну здесь больше не оставляй: я боюсь. Ты ушел, и я за тобой.
Ваганов крепко прижал Таню к себе.
– Это Зурват виноват, да? Он тебя достал?
– Да. Он пытался приставать ко мне. Я увернулась и ушла, он хотел меня догнать, но я не обращала внимания. Тогда он отстал.
– Я тебе воды принес.
– Спасибо.
– Если узнаю, что ты к ней пристаёшь, убью, – пригрозил Ваганов Бесланбекову.
Назавтра Ваганов явился к Завьялову прямо с утра.
– Чему обязан столь раннему визиту? – дружелюбно спросил Валерка.
– Валек, ты мне свой ствол не одолжишь?
– Тороплюсь, аж вспотел! На кой ляд он тебе? Хочешь кого-то завалить? Кого?
– Не завалить, а просто напугать. Бесланбекова.
– Да? А может, Толяна? Вы вчера больно долго за водой ходили, и я знаю, почему. Это ведь ты его «обул», да? Зачем?
– Захотелось.
– Значит, Толян правильно на тебя подумал. И теперь ты решил свести с ним счеты. Или замочить обоих – его и черного?
– Мокруха здесь ни при чем.
– Япона мать, Ваганов, ты меня за лоха держишь или сам такой?
– Все с тобой понятно, я отваливаю.
– И запомни, – бросил Завьялов на прощание, – если ты мне понадобишься, я тебя сам найду и обеспечу оружием. А мое мне самому нужно. К тому же светить мою «волыну» не надо.
У Валерки зазвонил телефон. Он ответил и после этого стал собираться.
– Некогда мне с тобой толковать, меня в Рязань вызывают.
Завьялов прибыл в Рязань в обед. Встретил его там Сёва – наркокурьер «Черного льва». Сёва поведал, что им собираются поставить свежий наркотик и что в Рязань готовится приехать сам поставщик – Слива из Средней Азии. Завьялов должен его принять.
– Требует – примем, – ответил Завьялов. – Братва в «Первомайском»?
– Да.
– Пойду Ксюху проведаю.
