— Хорошо. Рита — моя одноклассница. Хотя как одноклассница, мы вместе ещё в садик ходили. Наши отцы очень дружили, соответственно, и мы с ней тоже. Сначала исходя из обстоятельств, потому что папы везде таскали нас за собой, — Никита горько усмехнулся, видимо, думая об отце, — а потом, нам действительно стало интересно вместе. Мы ходили в одну школу, жили в соседних домах. Классе в десятом даже пробовали встречаться, но быстро поняли, что мы всё-таки друзья, и никаких других отношений у нас не получится. Окончив школу, видеться стали реже, так как поступили в разные институты. Ну, короче, у каждого началась своя взрослая жизнь. Но, раз в неделю, мы стабильно встречались в каком-нибудь кафе, болтали ни о чём и вспоминали детство. Года два назад, во время таких встреч Рита начала жаловаться на отца, мол, с возрастом он становится просто невыносим, вечно пилит её, требуя внуков, давит на то, что лишит её всего, чего она добилась. А он может, он, на секундочку, подполковник. — Ник нервно сглотнул, так и не решившись посмотреть на меня. — А она и не хотела детей, да и от кого, любовь свою она ещё не встретила, парня постоянного тоже не было, что бесило её отца в двойном размере. И вот, спустя месяц, Рита звонит мне и, чуть-ли не плача, говорит, что нужно встретиться. Я сразу понял, что дело попахивает керосином, никогда раньше такого не было. Прилетаю в кафе, а там она, сидит ревёт. Короче, суть в том, что она забеременела, а потенциальный папаша положил на неё болт, да и чего было ожидать, они знакомы всего неделю. Парень не хотел продавать свою свободу ни под каким предлогом. Не помогли даже угрозы, по поводу того, что он обрюхатил дочь подполковника. Выбор у Риты был невелик, либо идти делать аборт, либо сдаваться отцу. И тут хрен его знает, что лучше. Потому, что аборт в двадцать восемь лет может понести за собой плачевные последствия, а сказать отцу, что залетела чёрт пойми от кого, это подписать себе смертный приговор. В общем, она попросила у меня помощи. Расклад такой, мы женимся, я говорю её отцу, что это мой ребёнок, а через какое-то время разводимся по её инициативе, плюс ко всему, в довесок я получаю нехилую сумму. От денег я, конечно, отказался. Друзей, как ты уже заметила, у меня немного, но тех что есть, я очень ценю. Я согласился ей помочь при нескольких условиях. Первое — мы тихо, мирно расписываемся, без всяких церемоний и банкетов, никто из моих близких, по возможности, не должен об этом знать. Второе — мы не играем в счастливую семью, только по необходимости. Ну, в принципе, вот и всё, — Ник с облегчением выдохнул и, впервые за время своей исповеди, перевёл на меня взгляд. — И да, мы никогда не жили вместе. Она сняла себе квартиру в, соседнем от моего, подъезде, чтоб я быстро мог до них добраться, если её папаша решит навестить нашу чудную семейку. Я всячески помогал ей, когда она была беременна, потом, иногда сидел с малышкой, давая Рите сделать домашние дела. В общей сложности, мы были женаты год. Потом, как и договаривались, она подала заявление на развод и укатила к подруге в Испанию. Мы часто созваниваемся, кажется, она там нашла наконец свою любовь, какого-то Пабло, — брат по-доброму хохотнул, сверкнув глазами.
— Охренеть, — выдохнула я. — Серьёзно, твоя мама не знает, что ты был женат?
Никита отрицательно помотал головой.
— Никто не знает, кроме нескольких человек из окружения Риты. А ну Саня ещё знал, мы на то время близко с ним общались. Я решил не травмировать мать этими авантюрами, вопросов потом не оберёшься, учитывая, что она мечтает меня побыстрее на ком-нибудь женить, — брат усмехнулся, потерев глаза.
Было заметно, что эта исповедь далась ему с большим трудом.
— Мда уж, весело, — сделала заключение, хлопнув в ладоши. — Ладно, поехали домой.
Никита
Это был просто психоделический день. Я, наверное, за всю свою жизнь не переживал столько, сколько вчера. Пляж, похищение Лисы, потасовка с Сашей, переливания крови, сумасшедшая Дарина, головокружительный секс, такое ощущение, что прошла целая неделя, а не один день.
Злюсь ли я на Саню? Безусловно, он мудак, но я никогда не держал зла на слабых людей, это во-первых, а во-вторых, ему нужна серьёзная помощь, проблемы с наркотой до добра не доведут, и ему повезло, что всё закончилось так, как закончилось. Может, эта история послужит ему уроком, и он,
наконец возьмётся за голову.
Проснувшись утром, меня охватил приступ паники и дежавю. Лисы опять нет рядом. Заглянул в её спальню, спустился вниз, пусто.
— Я уже рядом, — сказала, ответив на мой звонок.
Выдохнул с облегчением.
На весь день замкнулся в себе. Со стороны, наверное, был похож на меланхоличного подростка. Я понимаю, что должен что-то сказать сестре, вот только
что? Чтобы она не уезжала? И что дальше? Она покрутит пальцем у виска, и будет права. Что я хочу её спрятать ото всех и жить так, как нам хочется?
Ну мы же не в фильме, не бывает всё так просто. Куда мы сбежим от родственников, от друзей, от совести, в конце концов? Но и оставить её я не могу.
