Войдя на штрафную стоянку, Линли увидел фургон, по-видимому служивший хозяевам стоянки и домом, и офисом. Хозяевами оказалась пожилая пара лет семидесяти, одетая в одинаковые комбинезоны с вышитыми на груди именами. У него на груди было вышито «Конкретно Роджер», а у нее – «Чисто Люсинда». Было ясно, что она также выполняет обязанности телефонистки. Линли предъявил им свое удостоверение, объяснил причину своего появления и еще раз упомянул о том, что владелец «Хиллмана» – некто Йен Дрюитт – умер в марте. Ни Роджеру, ни Люсинде это имя ни о чем не говорило, а вот то, что инспектор оказался из полиции Метрополии, произвело на них впечатление. Раздались возгласы типа «И что же плохого он натворил, это парень?» (Роджер) и «А вы что, ребята, его преследовали?» (Люсинда), после чего хозяева заявили, что не смогут отдать машину без дополнительных доказательств того, что у детектива-инспектора Линли есть право ее забрать. Сначала Томас подумал, что они хотят оставить это старье для собственных нужд, но потом понял, что они просто решили воспользоваться редким шансом насолить полиции, и предупредил, что если он получит такое подтверждение, то им придется расстаться с машиной, потеряв при этом оплату за два месяца ее пребывания на штрафной стоянке.
Это быстро расставило все точки над i, и как только «Чисто Люсинда» прокатала его кредитную карточку, «Конкретно Роджер» провел его к машине. Коварная парочка уже успела задвинуть ее в самый конец одного из рядов машин. Они поняли, что проиграли, и решили получить хоть что-то.
Линли поблагодарил Роджера, и, когда тот ушел, внимательно осмотрел машину снаружи. Покрышки были практически лысыми, в правом переднем крыле зияла дыра, а в остальном машина выглядела в точности как ее описал Клайв Дрюитт: древняя, со ржавыми колесными арками и с украшенным старыми переводными картинками задним стеклом. Было видно, что ее первый владелец был любителем концертов. Память о своих походах он увековечивал переводными картинками, и Клайв Дрюитт был прав – сердце этого человека было безраздельно отдано «Кинкс», а на втором месте в нем были «Роллинги».
Линли отпер машину и распахнул водительскую дверь. Судя по состоянию обивки, она была такой же аутентичной, как и всё в этой машине. Ее надо было или капитально чинить, или менять. Швы на водительском сиденье разошлись, а верхняя часть спинки заднего сиденья сильно выцвела на солнце.
Томас залез внутрь и попробовал завести двигатель. «Хиллман», лишенный всех электрических новшеств, сажающих аккумулятор, сразу же заработал. Линли отъехал к забору стоянки, выключил двигатель и приступил к более тщательному осмотру.
Начал он с багажника, по виду которого сразу понял, что Дрюитт был не слишком-то аккуратен в том, что касалось машины. Помимо инструментов, необходимых для смены колеса, хотя самой запаски в багажнике не было, здесь же лежали несколько одеял мышиного цвета. Сверху и сбоку от них находились пять банок с моторным маслом, что говорило о том, что «Хиллман» просто пожирает смазку. Еще три банки были уже пусты и ждали, когда их выбросят. В самую глубь багажника был засунут древний пуловер, а под ним виднелась машинка для удаления катышков с одежды, вся липкая поверхность которой была залеплена толстым слоем меха животных. Наличие этого меха объяснялось присутствием двух ловушек, промаркированных надписями: «Общество охраны кошек от жестокого обращения», под которыми располагался телефонный номер.
Больше в багажнике, кроме пыли и грязи, ничего не было, поэтому инспектор перешел к салону автомашины. Здесь он заметил, что Йен Дрюитт использовал ее в качестве передвижного офиса. На заднем сиденье Линли нашел несколько картонных папок в специальном контейнере. Лежали они там в полном беспорядке, и в них Томас обнаружил счета за ремонт машины за многие годы; рекламу «Хэнгдог Хилбиллиз» – эксцентричной музыкальной группы, в которой, согласно отчету Хейверс, Дрюитт играл; результаты поиска в Интернете информации о программе «Божественный патруль» в крупных городах Соединенного Королевства; результаты еще одного поиска по запросу «волонтерские программы помощи жертвам насилия»; чеки за бензин за последние десять лет, включая информацию о километраже на момент заправки; сборник проповедей, произнесенных известными деятелями англиканской церкви, и сборник стихотворений Уильяма Батлера Йейтса[152] с закладкой на стихотворении «Второе пришествие». Под контейнером лежал большой дорожный атлас, изданный двадцать лет назад, истрепанные страницы которого говорили о его частом использовании. Линли пролистал его, но не нашел ничего особенного – никаких отметок на тех местах, которые представляли для Дрюитта особый интерес.
