Вымощенная плиткой дорожка, по которой она шла к дому, была чисто выметена, а по обеим сторонам от нее располагались клумбы с желтыми, розовыми и белыми цветами. Подойдя к крыльцу, Изабелла тайком проверила свое дыхание и поправила волосы. Поправляя их, она заметила, что потеряла где-то одну сережку, что было очень непросто сделать, потому что уши у нее были проколоты. Она быстро сняла вторую, прежде чем позвонить в звонок, располагавшийся на кованом столбике, который обвивал такой сочный плющ, что он казался съедобным.
Дверь открыл Лоуренс.
– Мама приехала, Джеймс! – крикнул он, обернувшись через плечо. За его спиной сразу же возник Роберт со словами: «А вот и ты». Изабелла заметила, что он исподтишка ищет в ней признаки опьянения.
Сандра появилась еще до того, как гостья успела пройти в дом. Ардери дружески поздоровалась с ней, но не могла не искать глазами Джеймса. Лоуренс еще раз позвал брата, и тот наконец показал лицо из-за притолоки двери, которая вела в столовую и за которой он по каким-то причинам решил спрятаться.
– Поздоровайся же со своей мамой, милый, – сказала Сандра, прежде чем Изабелла успела заговорить с ним. Она предложила мальчику руку, за которую тот ухватился, а потом обняла его за худенькое плечо и прошептала ему на ухо что-то, чего Изабелла не смогла разобрать.
Она изо всех сил постаралась побороть свое негодование, потому что ей самой хотелось схватить сына – своего, а не Сандры – и прошептать ему что-нибудь на ухо, хотя она и не знала, что именно.
– Привет, дорогой, – сказала она вместо этого. – Мы с Лоуренсом собираемся поболтать в саду. Пойдешь с нами? – Когда он ничего не ответил, Изабелла заставила себя сдержаться и добавила только: – Что ж, если соберешься, приходи.
Боб посмотрел на обеих женщин, прежде чем пригласить Ардери:
– Сюда, пожалуйста, – как будто она не знала, где находится сад. Однако Изабелла послушно пошла за ним, одной рукой обнимая сына.
– Тебе уже хочется в Новую Зеландию? – спросила она у него.
Пока они шли через гостиную, Ардери увидела множество коробок для багажа. Все они находились в сложенном виде, но очень скоро Сандра начнет укладывать в них свой «споуд»[183], добившись наконец полного превращения сыновей Изабеллы в своих собственных.
По идеально подстриженной лужайке Боб провел их к беседке, увитой виноградом, в которой стояли стол и стулья. Изабелла заметила, что беседка хорошо просматривается из дома. Еще один укол, который ей придется проигнорировать. Она знала, что Боб будет пытаться давить на нее до тех пор, пока она не сломается. А так как сама она ломаться не собиралась, Изабелла сказала:
– Очень мило. Спасибо, Боб, – и с удивлением услышала, как, прежде чем уйти в дом, тот пробормотал: «Сейчас посмотрю, что там с Джеймсом».
Лоуренс весело рассказывал о Новой Зеландии, о школе, в которую они будут ходить вместе с Джеймсом, и о том, что самое плохое во всем этом – то, что «у нас не будет летних каникул, Ма. То есть я хочу сказать, что в этом году у нас их не будет. Понимаешь, в Новой Зеландии все наоборот. И летние каникулы у них зимой. То есть ихней зимой. Я хочу сказать, что наше лето – это их зима, а так как у них каникулы уже были, то мы их пропустили. И мне это совсем не нравится».
– Но школа вроде хорошая? Она тебе понравится?
– Па говорит, что понравится… – Сын взглянул на дом через плечо и признался: – А вот насчет Джеймса я не уверен, Ма. Он ведет себя как ребенок. И сильнее, чем обычно, потому что он вообще-то пока еще полный ребенок.
– Иногда то, что легко для одного, может быть трудно для другого, – попыталась объяснить Изабелла.
– А мне кажется, что он просто дурак. – Лоуренс пнул ножку стола.
Дверь из дома в сад открылась, и в ней показалась Сандра. Она несла в руках поднос, а за ней робко следовал Джеймс, опустив голову так низко, что волосы закрывали ему глаза, а подбородок упирался в грудь.
– Я подумала, что в такой прекрасный день от мороженого никто не откажется – весело крикнула Сандра Изабелле.
Когда она поставила поднос на стол, Ардери увидела, что хозяйка дома приготовила три порции клубничного мороженого, полив их шоколадным сиропом с орехами и положив сверху по вишенке. А еще она воткнула в каждую порцию по вафельному печенью, которое теперь изящно торчало в сторону. Было видно, что Сандра старается, чтобы Джеймс остался со своей матерью и братом.
– Думаю, это поможет, – негромко сказала она Изабелле, а потом обратилась к Джеймсу: – Иди сюда, Джеймс. Ты же не хочешь остаться без мороженого?
Помогли радостные крики Лоуренса. Джеймс уселся на стул – «самый дальний от меня», – заметила Изабелла – и стал есть мороженое, зажав ложку в кулаке. Ардери хотела было сделать ему замечание, поскольку он был уже достаточно большим, чтобы знать, как держать ложку, и она сама это видела, – но воздержалась. Изабелла понимала: все, что он сейчас делает, это своего рода шоу. Так что она промолчала, похвалила мороженое и подождала, пока Сандра не ушла.
