И вот вышел следователь. Его приблатненный походняк продлился до роскошного лексуса чёрного цвета. До последнего была уверенность, что Акакий всего лишь пассажир, пока не уселся за баранку. «Сарай» на колесах, стоимостью в шесть миллионов, конечно, выглядит круто, если владелец был бы достойным управлять этой мечтой. Тем не менее, сальная ручонка запускает двигатель, на коробке передач выбирает положение. Газ в пол и десять литров осталось на заправке.
«Ситуацию» комментирует Алина:
– Неплохая, видать, зарплата у следователя.
Два внедорожника разных размеров и ценовых категорий медленно отмеряют метры по населенному пункту. Вслух размышляет Станислав.
– Наверняка, запись хранится у него дома. Не думаю, что он будет держать подобные материалы у себя на работе, так как они могут развалить дело.
Очень осторожная слежка привела в новый район посёлка, где все дома явно не принадлежат рядовому жителю. Частные владения перекрыли береговую линию на протяжении нескольких километров, несмотря на запреты экологов (смотря для кого). Асфальт проложен везде, даже в незначительных переулках. Беленые бордюры четко разграничили тротуары и газоны, то есть, где можно ходить и где нельзя.
Автоматические ворота гаража реагируют на сигнал, посланный из лексуса. Поворачивается створка. Прилипнув к потолку, застывает в горизонтальном положении. Колеса внедорожника попарно ступают на порог. После того как задний бампер убрался с улицы, обратно двинулась тень от ворот.
На неподозрительном расстоянии, не смотря на глубокий вечер, Стас успевает засечь коттедж, где проживает Взятков. Подъехав ближе, бросился в глаза недостроенный ангар во дворе и пустой прицеп для перевозки большого судна.
– У этого следователя есть яхта или здоровенный катер. Охренеть!
Алина не понимает:
– Зачем мы здесь? Может, подождем до завтра.
Бойцов останавливает машину напротив входа, углубленного в двухметровое ограждение участка. Не уступающие по высоте калитка и уличные ворота имеют металлический каркас, подвешенный с помощью шарниров к круглым железным столбам. Доски в конструкциях отшлифованы вручную и пропитаны антисептиком. Кованые элементы створок выполнены изящным узором и применены в качестве рёбер жесткости.
На одном из столбов белеет прямоугольное устройство с одной кнопкой, дисплеем, камерой и динамиком, что спрятался под пластиковой решеткой. Стас оставляет в одиночестве Алину, пересекает улицу и применяет этот аппарат по назначению.
В гостиной коттеджа, на стене пищит приёмник. К нему простучали туфли по ламинату. Акакий, в дисплее узнает лицо.
– Станислав Бойцов?
– Да верно.
– Что вы здесь делаете?
– Я приехал за личными вещами своей семьи.
Следователя предупредили о визитерах.
– Да. Мне звонил дежурный. Вы до завтра, не можете подождать?
– У меня нет времени. Может, впустите?
– Ладно, заходите.
Прорычало электричество в замке. Рука толкает калитку, скрип не последовал. Каменная дорожка мимо резной беседки привела к высокому крыльцу, нагруженному навесом с балконом наверху. Стас хотел было войти внутрь дома, но хозяин встречает на пороге и закрывает входную дверь, проявляя тем самым не гостеприимство. Разговор начинает Стас.
– Я здесь не только ради личных вещей. У меня появились вопросы. Почему вы дали указание сжечь тело мужа Алины Проводниковой?
– Произошла ошибка. И я никаких указаний не давал. Буквально накануне в морг поступило много тел с ожогами. Среди них были всякие бомжи, которых никто не будет искать. Невостребованные трупы, как правило, сжигаются, что является распространенной практикой. Пораженные огнем люди на одно «лицо» и поэтому сотрудники морга кремировали, по ошибки, тело мужа той девушки.
Звучит правдоподобно. Классное оправдание. Бойцов не верит, подходит к главной теме.
– На сто пятидесятом километре, где произошла авария, опора освещения, оснащена дорожной камерой. Мне сообщили, что вы изъяли запись. В материале дела нет упоминаний о ней.
Следователь злорадно усмехнулся. Не похоже, что вопрос припёр его к стенке.
– В процессе расследования собираются разные доказательства. В том числе видеозаписи. Так как в данном деле, было всё, более чем, очевидно, другие доказательства можно не приобщать. Подшивать те или иные материалы решает следователь. Вот я и решил. Что касается видеозаписи – она уничтожена за ненадобностью.
Стас чувствует, как лапша на ушах становится тяжелее.
– Девушка может подать на эпиляцию и…
– Пусть подаёт. Трупа то, нет. Ну, накажут за ошибку сотрудников морга, и всё. К тому же она неместная. В суде у неё нет шансов, что-то доказать. Может, действительно её муж «нажрался» и сел за руль. Причина гибели вашей семьи установлена и пересмотру не подлежит.
Нет слов против лживых аргументов. Закипает кровь у Стаса от последней реплики Акакия. Из последних сил сдерживает от атаки кулаки.
– Чисто сработано. Была ещё одна машина. Она спровоцировала аварию. Верно?
– Это ваши домыслы. А теперь, уходите.
