Бойцов, автомобилем занимает парковочное место возле хозяйственного магазина. Отражение детского кресла в зеркале заднего вида зацепило взгляд. Вспыхнул образ сына. Старшая дочь тоже здесь.
Проводникова в той же, вчерашней одежде. Ждёт у входной двери с рекламой бензопилы на стекле. Она узнает водителя, только что подъехавшей машины. Толстые широкие каблуки выбивают глухой стук из стоянки до пассажирской двери. Ветерок загнал в салон кроссовера запах выхлопных газов и духов, так напоминающих погибшую жену. Стас начинает с вопроса:
– О чём вы хотели со мной поговорить?
– О своем муже.
– Только, не надо мне втирать о его невиновности!
Попал в точку. Девушка намерена донести озвученную истину.
– Да. Мой муж невиновен. Следователь вам сказал, что он был пьян на момент аварии. Но это не так.
– Почему же? А как же экспертиза?
– Ему алкоголь противопоказан по состоянию здоровья. Значит, была допущена ошибка во время экспертизы. Я потребовала повторное проведение теста на алкоголь, но мне ответили отказом. Более того, они не спешат отдать тело для погребения. Возможно, опасаются, что я проведу независимую экспертизу.
– Послушайте. Даже если ваш муж не пил за рулем, он мог бы не справиться с управлением по другой причине: превышение скорости, отказ тормозов и многое другое. Если повторная экспертиза покажет, что ваш муж белый и пушистый, то это лишь, реабилитирует его только в ваших глазах.
Алина отчаянно гнёт свою линию.
– По факту этой аварии со смертельным исходом заведено дело, где причиной ДТП стал пьяный водитель. Вот так просто. Ведь будь он трезвым, то пришлось бы искать других виновников. И при их наличии дело развалится.
Похоже, девушке не получится убедить человека, потерявшего счастье в этой аварии.
– Ладно. Вы мне можете не верить. Хотя бы помогите забрать тело моего мужа из морга.
С большим трудом у Станислава появляется желание помочь.
– Ладно. Садись.
Заработал двигатель автомобиля. Переведённый рычаг автоматической коробки передач подключил привод. В углу зеркала заднего вида появилось окошко с изображением направляющих полосок, что легли на съезд с парковки. Светофор на перекрестке кратковременно остановил движение автотранспорта, позволив кроссоверу Стаса выполнить манёвр задним ходом на пустующую дорогу. Свет ходовых огней направляется вглубь города. Туда же движет переключенный привод.
Снова эти обшарпанные стены, за которыми спрятаны оболочки для душ, показались за гирляндами листвы многочисленных берёз. На стоянке у морга гораздо меньше белых микроавтобусов, чем тогда, на опознании. Возможно, уехали за теми, кого посетила смерть.
Автомобиль Стаса и Алины прекращает вращать колеса рядом с газелью, запятнанной ржавчиной, как и остальные. Освободившись от замка, металлические петли ремней безопасности прижались к боковым стойкам кузова. Одновременно распахнулись пассажирская и водительская двери. Так же синхронно хлопнули, когда кресла оказались пустыми и амортизаторы приподняли остов.
Стас, жестом руки, любезно предложил даме, первой войти в здание, где каждый угол пропах разлагающейся плотью. Две пары ног несут вопросы в комнату регистрации, как живых, так и мертвых посетителей. Там за столом, заваленным папками, поедает чебурек лысый полный мужичок в белом халате. Он узнает девушку.
– Опять пришли скандалить?!
Алина воспринимает посыл в штыки.
– Что значит: «опять»?
Такая наглость и наплевательское отношение к умершим людям и скорбящим родственникам, вызывает у Стаса желание проучить негодяя.
– Слышь, ты! Боров! Верните девушке того, кого она просит.
– Ты ещё, что за хмырь с горы?! Короче. Пошли вон отсюда!
Бойцов тянется через стол и хватает за грудки наглеца. С силой вытаскивает его и укладывает животом в открытый журнал регистрации. Стопки папок разваливаются, как подкошенные небоскребы взрывом. Толстяк упирается руками, чтобы не нюхать пепельницу, тем более с непотушенной сигаретой. Станислав просовывает руку под локоть оппонента и выполняет болевой прием. Закряхтел грубиян. Бойцов теперь не спрашивает, а начинает вести допрос:
– Где тело? И почему не даете похоронить ей мужа по-человечески?
Вылетающие в ответ слова создают в пепельнице вулкан.
– Труп был кремирован!
Алина не ожидала такого поворота.
– Что? Что вы сказали? Почему?
На молчание Стас напоминает о своём превосходстве болевым действием на руку человека в белом халате.
– Она спросила: почему? Кто распорядился?
– Все вопросы к следователю!
Мимо комнаты, где проводится допрос с пристрастием, двое крепких сотрудников шлёпают тапочками. Слышат вопли своего коллеги. Немедленно влетают в помещение, не замечая, как спихнули с дороги хрупкую Алину. Они выполняют болевой прием сразу на обе руки Бойцова. Тот, будучи не в состоянии сопротивляться принужденно шагает к выходу. Освобожденный толстяк следом тащит Алину туда же, держа её за плечо. Хозяева и гости переступили порог и отделились друг от друга. Мужчина с вымазанным в сигаретном пепле лицом, победно ставит ультиматум:
– Что бы я вас больше здесь не видел, а то так легко не отделайтесь!
