Роберто вздрогнул, как мальчишка. Как же он реагировал на нее. Он чуть повернул голову, желая поцеловать, сжал в своих объятиях. Кристина снизу смотрела на него. Ее глаза, ее губы такие манящие. Он забыл обо всем и стал наклоняться, мечтая лишь об одном, слиться с ней в поцелуе…
Музыка лилась, она наполняла все пространство вокруг, заставляя двигаться в такт. Танцующие пары, казалось, не замечали ничего вокруг, в тот момент существовали лишь они одни. Кристина в последний момент, повернув голову в сторону, избежала поцелуя. Борясь с собой, стремясь к нему, она уронила голову ему на грудь. Как бы ей хотелось ощутить вкус его губ. Сладость и терпкость его поцелуя, но где-то в самом дальнем уголке ее сознания билась одна единственная мысль — нельзя, они здесь не одни. Господи Энрике, что он подумает.
— Роб, прошу, не здесь, — она напряглась в его руках. — Прости, — сколько же было в этом слове боли и грусти.
Затуманенным взором Роберто пытался сконцентрироваться, но в данный момент ему хотелось схватить, сжать ее в своих объятиях, унести куда-нибудь, где они наконец-то смогут остаться наедине. Почувствовав ее напряжение, он чуть ослабил свое объятие, боясь напугать, слишком яркое воспоминание было о вчерашнем вечере.
— Прошу тебя, уйдем, — Роберто уже держал дистанцию. Кристина чувствовала, что ему это удается с трудом. — Крис, — он заглянул в ее глаза с такой мольбой, надеждой, тоской в то же время, — не отказывай, прошу тебя.
Он старался говорить мягко, но в то же время давая ей почувствовать свой напор. Крис понимала, что он просто так не отступится. Как же хотелось в этот момент забыть обо всем, кинуться в омут с головой, выбросив все проблемы и заботы из головы.
— Я здесь с Энрике, что он подумает, — женщина цеплялась за последние остатки своего самообладания, а ведь ей так хотелось позволить себе пойти у него на поводу, но… Сколько же этих, но, мешающих вести себя так, как хочется.
— Энрике, — Роб чуть сильнее сжал ее ладонь, другой же рукой притянул ближе, нарушая дозволенную дистанцию в танце. — Мне все равно, — жестко проговорил мужчина, вновь став таким, как тогда в кабинете, когда он зажал ее у стены, требуя лишь одного, наплевав на все условности. И в тот же миг ревность закралась в душу. — Что вы тут делаете? — как можно небрежно спросил он, и тут же, увидев, что она нахмурилась, смягчившись, добавил, — позволь узнать?
Кристина пыталась не сбиться, хотя Роберто и поддерживал, и вел в танце, она все же споткнулась один раз. Ей совершенно не хотелось оправдываться перед ним, но и давать ему еще один повод для сомнения было глупо. И так слишком много недоговорок, обид.
— Мы обсуждали дела, — выдохнула она, и предупреждая его новый вопрос, добавила, — просто рабочие дела, — его недоверчивый вид, и жесткость объятия, говорили сами за себя. Он жаждал обладать ею, и всем своим видом стремился показать, что она принадлежит ему. Любой, кто сейчас бы увидел их, понял, что их связывают нечто большее. Как же хорошо она его знала, он не изменился за эти годы. Хотя, ну почему она сама себе противоречит: то изменился, то нет. Разозлившись и на него, и на себя, она сказала, — перестань вести себя как ревнивый муж.
Роберто остановился, поддержал Кристину, которая чуть не упала из-за это. Момент был упущен. Танец так и не закончен. Мужчина властно взял ее за руку и повел к столику, за которым сидел Энрике, он пил вино и поверх бокала наблюдал за ними. Про себя отметил, что те поссорились в танце, хотя все так романтично начиналось. Он невольно стал свидетелем этой сцены. О, Паула тоже здесь, и ей совершенно не понравилось все это. А еще вчера они разговаривали о будущем. Какое оно теперь это будущее? Одно Энрике понял, что Кристина тоже неравнодушна к Роберто. Но разве возможно такое всего лишь за те несколько дней, что они виделись?
Паула, стоявшая у другого столика, увидела наконец-то Энрике. Поняв, куда направляется Роберто с Кристиной, она поспешила к ним.
— Роберто, хватит злиться, — одернула его Кристина. — Перестать вести себя как мальчишка.
— Мальчишка, — Роберто резко остановился? — Когда-то я себя так вел, — он выпустил ее руку из своей, — но спасибо, попались хорошие учителя, — он поклонился. — Благодарю за танец.
Это и услышал Энрике, приподняв бровь от удивления. Слишком интимно, слишком открыто они вели себя друг с другом. Создавалось впечатление, что они знакомы друг с другом уже давно. Он чуть склонил голову, пытаясь понять, уловить то, что витало в воздухе между ними, но никак удавалось ухватить.
Роберто не стал помогать Кристине сесть за стол, он лишь сурово взглянул на Энрике, кивнул ему и развернулся, наткнувшись на Паулу.
Даниэль сделал шаг, чтобы подойти к матери, но Виктория тронула его за плечо, взяла за руку.
— Даниэль, прошу тебя, уйдем, — она практически повторила слова своего отца. — Ты же видишь, они здесь не одни, — она с грустью отметила, что отец не меняется, у него очередная любовница, при чем довольно молодая. — Папа просто танцевал, он здесь не Кристиной, посмотри.