— Даниэль, дурачок, — Сабрина толкнула его в спину. — иди давай. Я тебе просто описала ситуацию. А ты уже приписал мне его в любовники. Я полюблю только одного мужчину, я это знаю, я так чувствую. И поверь, это уж точно не сеньор Роберто, — она засмеялась. — Кстати, родители Карлоса очень странные люди.
Даниэль покачал головой, только его сестра могла в такой момент смеяться.
Кристина уже приняла душ, она ходила из угла в угол. Надо позвонить Рафаэлю, но как ему все рассказать, когда он и так себя чувствует не очень хорошо. А еще сообщение, что Сабрину приняли работать в ту же больницу, может окончательно его подкосить. И очень скоро их дочь может узнать, что именно в этой больнице работал Рафаэль, что именно там умерла ее мать. Вся их жизнь рушилась. Всего лишь из-за одного объявления в газете. А Роб, он совсем почти не изменился. Повзрослел, возмужал. Седина тронула его волосы. Он такой же привлекательный, как и 25 лет назад. Казалось время над ним не властно. Только его глаза полны грусти, тоски. К чему бы это? Его жена красивая женщина, дочь умница. О чем ему грустить? Злиться на нее — еще понятно. Жена. Он не свободен. И что это за странное чувство — ревность? Она его ревнует. Кристина не понимала себя. Она замужняя женщина. Он женатый мужчина. Что с ней происходит? Все давно в прошлом.
Роберто сидел на полу в своем кабинете напротив сейфа. Стол был перевернут, стулья валялись на полу. Осколки бокалов усыпали весь ковер. Из пореза на руке сочилась кровь. Он уже немного успокоился. Достал платок из кармана брюк, замотал его на ладони, тот сразу же пропитался кровью. Он не решался открыть сейф. Достать конверт с фотографиями, с ее запиской. Зачем. Сегодня он видел явные доказательства того, что она счастлива. Замужем. Есть дети. А он ведет себя как дурак, раскидал мебель. Напугал дочь. Он отомстит ей за все. Завтра же начнет свою месть. Каждый день, пока не уничтожит ее.
— Папа, можно войти, — Виктория заглянула в кабинет. Она ужаснулась. Все было разгромлено. Отец сидел на полу. Она всегда считала, что знает его, а сейчас не понимала, что с ним происходит.
— Да, заходи, дочка, — он сказал это тихо спокойно.
Но Виктория уже знала, что этот спокойный тон просто игра, просто маска.
— Пап, с тобой все в порядке?
— Да, просто я немного разозлился на твою маму.
Его спокойный тон просто убивал ее. Она не верила ему. Он сидел к ней спиной. Но одно, что он уже не крушил все, что попадало ему под руку, успокаивало ее немного.
— Ты напугал меня, — Виктория стояла на пороге.
— Да, возможно. — Роберто вздохнул. — Все будет хорошо. Можешь мне поверить.
Хотя он сам в этом не был так уверен. Он не знал, что будет завтра. Но верил в одно — теперь у него есть смысл жить — месть.
— Я стараюсь, — Виктория еще постояла немного. — Раз ты говоришь, значит так и будет. Я отлучусь не на долго.
— Да, конечно. Будь осторожна, — Роберто сидел на полу. Он слышал, как хлопнула входная дверь. Куда поехала его дочь? К нему. Значит и к ней.
Роберто подскочил, выбежал из кабинета. Через мгновение он уже заводил машину. Главное не упустить дочь. Рамона, которая сидела в холле, не успела даже встать на ноги, как сын выбежал на улицу. Через минуту раздался визг тормозов. Он уехал. Но куда?
Алехандро пил виски. Бруно сидел напротив него.
— Жизнь преподнесла мне подарок. Теперь я ее раздавлю. Уничтожу. Заберу сына.
— Он взрослый, не так просто будет сделать это, сеньор.
— Конечно, он не маленький, когда его можно было просто забрать и сказать, вот твой дом, вот твоя мама, люби ее, радуйся, — он сделал глоток виски. — Холодная голова, вот что сейчас нужно. Я найду подход.
— А Карлос?
— А что Карлос? Раз уж она решилась забирать ребенка, то ей надо было забирать его, а не Даниэля. Пусть забирает его себе.
Бруно покачал головой. Алехандро рассуждал о детях, как о вещах. Но разве это было для него в первый раз? Нет. Алехандро всегда думал только о себе в первую очередь. Все самое лучшее для себя. Странно, почему только он женился на Августе. Она была заурядной. Хотя их брак устроил сеньор Херардо.
Кристина открыла свою дверь. Там стояли дети. Они постучали. Кристина обняла их. Хотелось расплакаться от беспомощности, но не могла себе этого позволить. Сейчас надо быть сильной. Надо защитить их, защитить даже ценой своей жизни.
— Мам, как ты себя чувствуешь? — Сабрина внимательно смотрела на мать.
— Сильно болит голова, но я выпила уже таблетку. Скоро все пройдет.
— Мам, у нас есть один вопрос, — Даниэль посмотрел на Сабрину.
— Да, извини, но мне показалось, что ты знакома с обоими сеньорами.
Кристина старалась не выдать себя. Она сделал вид, что очень удивлена. Конечно, у детей могло возникнуть такое подозрение, она весь вечер была сама не своя.
— С чего это ты так решила, Сабрина? — Кристина присела на кровать. Ноги ее уже не держали. Даниэль присел рядом на пол. Сабрина смотрела внимательно. Ища какой-нибудь реакции.
— Мам, это же возможно. Вы жили с папой в этом городе.
— Сабрина, город огромен. Какова вероятность знакомства с этими людьми?