Миша отметил по тону Рэда — тот стал ему доверять. Это хорошо, не будет лишней нервотрепки, подумал он.
— Ты же молодой еще, а с бородой, как дед столетний.
— Много ты понимаешь!
Когда Миша ушел, Рэд с сомнением уставился в зеркало:
— Козел… Сам он козел… Нормальная борода.
Молния сидел в своем кабинете за письменным столом, скрестив руки на животе. Был он задумчив и спокоен. Стол заполняли всякие штуки, придававшие ему солидную весомость: настольная лампа под старину, телефон с витой трубкой, богатый чернильный прибор, бронзовые массивные часы, коробка с сигарами, пепельница из хрусталя в серебряной оправе.
— Передашь Эскимосу: встреча завтра в одиннадцать утра у магазина «Электротовары», в летнем кафе.
Миша молча развернулся и пошел в город. Горбунок и Пузырь, жуя жвачку, руки в брюки, потопали следом. Было двенадцать часов дня — связная Эскимоса придет на стрелку к трем — еще три часа безделья.
После вчерашних возлияний где-то шляться не хотелось. Миша уселся на лавку у автобусной остановки, подошедшим Пузырю и Горбунку посоветовал посидеть в кафе напротив, поесть мороженого.
— Еще три часа до стрелки.
— Ты сам мороженого не хочешь?
— Нет. Муторно мне. Газету купите. Почитаю пока.
Пузырь кинул ему экземпляр скандального листка.
— Во, тут все дерьмо собрано! — похвалил он газету.
Миша скривился — похмельная боль не отпускала.
— Спасибо, Пузырь. Иди развлекайся.
Солнце начинало припекать. Вдруг рядом с лавкой тормознула «Лада»-«девятка». Серый металлик. Из переднего открытого окна на него смотрела майор ОСУ Андреева. Мише сейчас она совсем не глянулась. Ну и что, что красивая?! Слишком крутая. Нашла способ выйти на связь! Действует прямолинейно. Ума — ноль!
— Извините, не подскажете, как проехать к гостинице «Каир»? Это где-то в центре. Мы не здешние.
Миша захотел послать ее на три буквы, но сказал то, что требовалось:
— Летнее кафе у магазина «Электротовары». Завтра в одиннадцать дня.
— Спасибо… Поехали.
«Лада» сорвалась с места. Вот и все, завтра ФСБ начнет пасти неуловимого Эскимоса и, когда сделка между ним и Голубой Молнией созреет, разом сгребет обоих.
Миша встал, потянулся. Газировки попить не мешало бы, какой-нибудь сладкой, лимонада или ситро.
К нему спешили Пузырь и Горбунок.
— Чё?
— Ничего. Жарко.
— Кто подъезжал к тебе?
— Иногородние. Гостиницу искали.
— А-а…
Не торопясь, втроем поплелись к ресторану «Абрек» — решили скоротать время на месте.
К удивлению Миши, он увидел перед рестораном вчерашнего урку, который сторожил Эскимоса.
— Здравствуйте.
— Заходи, фраер. А вы, быки, здесь ждите!
— Сам ты бык! — посуровели Пузырь и Горбунок. — Сейчас отхреначим без лишних слов!
На угрозу урка только хмыкнул и, впустив Мишу в ресторан, закрыл за собой дверь на защелку. Миша оглянулся на него и ослеп от удара в лицо…
Очнулся Миша от хлесткого удара воды в лицо. Боль резанула в плечевые суставы — он оказался подвешенным за руки к потолку.
Эскимос восседал в кресле. Рядом с ним стояли два хищных мужичка в рубашках с короткими рукавами.
— Ожил, пля.
— Ну что, Михаил, поговорим?
— О чем? — Миша не понимал, почему он оказался в такой опасной ситуации. Эскимос, после стольких лет лагерей и подполья, явно впал в маразм, вызванный подозрительностью.
— Ты считаешь нас всех дураками?
— Почему?
— Не знаю почему. Ты поступаешь нагло, в открытую… Неужели в твоем мозгу ни разу не возникали мысли, что я просто обязан следить за тем типом, который вышел со мной на связь…
Сомнения у меня возникли после того, как моя первая связная, Ленка, попала к ментам. Ты с ней поговорил, Ленку повязали, а ты — сбежал… Хе-хе. ФСБ работает прямолинейно. Ни ума, ни фантазии. Ты встречаешься со мной, организуя встречу Молнии, я у тебя в руках. Эта тупая баба из ФСБ, майор Андреева, подкатила к тебе узнать дорогу. Ты сказал: завтра в одиннадцать, в летнем кафе у магазина «Электротовары». Видишь, я теперь тоже знаю место встречи и дату. Ведь это ты выдал информацию Андреевой. Мы вели видеосъемку. Микрофон дальнего действия. Современная техника очень упрощает процесс…
Эскимос посмотрел на одного из своих помощников:
— Отбей ему яйца.
Улыбнувшись, пояснил Мише:
— Завтра я подарю тебя тупому Оргункову, которого ты ежедневно продавал ментам, а яичница — это моя тебе плата…
Урка подошел к Мише и со знанием дела принялся отбивать ему яйца.
— А-а-а-а-а-а!!! — взвыл Миша, но тут же задохнулся от ошеломившей его боли.
— Раздолби ему все, — руководил процессом Эскимос.
— Он уже без сознания.
— Хорошо. Отвязывайте его и уходим. Те еще ждут снаружи? Пусть ждут.
Мишу отвязали. Он безжизненным кулем рухнул на пол. Эскимос позвал к себе главного повара, подвел к зашторенному окну, сквозь тюль указал на поджидавших на улице Пузыря и Горбунка.
— Видишь тех козлов? Когда им надоест ждать, они начнут долбить в дверь. Скажешь им, что Эскимос взял их дружка в заложники. Если будут вопросы — пусть запустят одного из своих упырей в летнее кафе у магазина «Электротовары» в одиннадцать дня, завтра…
…Ася вызвала к себе Коростылева.
— Коля, что твои наседки? Мне нужна информация о вилле Оргункова.
