– Обожаю умных женщин, – сообщил он мне, приветственно качнув стаканом. – Обожаю и преклоняюсь… Господи, ну куда нам с вами спешить, Анечка? Ваше здоровье!
Он приложился к виски.
– Значит, не едем? – скорее ответила, чем спросила я сама себя. Машинально допила кофе и со стуком поставила на стол чашку. – Ага! Ну понятно. Тогда не смею больше беспокоить вас своими проблемами, доберусь сама! Благодарю за кофе!
Я поднялась со стула, подцепила свою сумку и вежливо кивнула. Потом, стараясь не упускать из вида гостеприимного хозяина, бочком двинула в сторону выхода. Чем чёрт не шутит! Получилось несколько по-крабьи, но мне сейчас было не до визуальных эффектов. К тому же идти было весьма затруднительно: меня шатало, ноги заплетались, а руки постоянно словно искали опору. К горлу комком подкатила вдруг тошнота. Коломатников, не выпуская стакана, с интересом следил за мной.
«Господи, – внезапно осенило меня, – вот почему я очухаться никак не могу: попила водички в его машине! И уснула… И Мегрэни не сообщила, с кем поехала… Не позвонила… Телефон…»
Я вздрогнула и ухватила правый карман плаща. Карман был пуст. И тут я действительно перепугалась, даже в голове прояснилось. Развернувшись на каблуках, я решительно направилась в холл. А за спиной всё так же мелодично позвякивали ледяные кубики…
– Могу я предложить вам полотенце со льдом? – невыносимо вежливо поинтересовался молодой человек в сером и в ожидании ответа уставился мне в лицо пустыми, ничего не выражающими серыми глазами.
Я с осторожностью потёрла уже начинающую припухать правую кисть и, не скрывая возникших у меня к нему «тёплых» чувств, сквозь зубы прошипела:
– Давай! – и добавила в спину: – Гад!
Со спины молодой человек в сером никак не отреагировал на моё замечание и удалился. Его место возле зеркала неторопливо занял его клон-двойник в сером, тот, что приносил нам кофе.
Минут десять назад здесь, в шикарном холле дома господина Коломатникова, произошла безобразная сцена. И что мне вдруг в голову стукнуло, что я смогу вот так вот встать, расшаркаться и элегантно удалиться? А господин Коломатников и двое молодых людей в сером помашут мне вслед ручкой? Может ещё и корзинку с пирожками соберут? Но вот стукнуло же! Вероятно, под действием каких-то дурманящих препаратов, видно господин зам генерального любитель всякой химии… У Алиски, у той вообще палуба и чайки на приёме случились, а меня ещё и тошнит… И едва я сделала пару шагов из залы в холл, как передо мной возник молодой человек в сером и весьма недвусмысленно развел в стороны здоровенные ручищи. Впечатления это на меня не произвело, поскольку я твёрдо решила покинуть здание, и пошла на таран. Который тоже не произвел никакого впечатления на молодого человека в сером, и через пару секунд я оказалась на прекрасном мозаичном паркете с заломленными за спину руками… Ну а остальное вы знаете.
– Анечка, – послышался довольный голос из залы, – что вы там сидите на полу, не дай бог, простудитесь!
Не успела я и квакнуть в ответ, как стоящий возле серый клон подцепил меня подмышки, буквально ввёз обратно в залу и посадил на то же стул.
– Ваше здоровье! – качнул мне навстречу стаканом Дмитрий Сергеевич.
Это меня страшно взбесило. Да, сдали у меня нервишки… И главное обижаться не на кого, сама виновата, курица безглазая… На предельно повышенных тонах я напомнила Коломатникову о правах человека и уголовной ответственности за похищение и удержание заложников. Он внимательно слушал, словно старался запомнить. В конце моей разгневанной тирады, стоявший рядом молодой человек в сером вдруг коротко размахнулся и отвесил мне короткую сильную затрещину. Я ткнулась лбом в мраморную столешницу, охнула и инстинктивно схватилась рукой за нос. В глазах зарябило, полились слёзы, а сквозь пальцы – кровь…
Гостеприимный хозяин глубоко и огорченно вздохнул, и покачал головой. Сунул в карман руку, достал беленький носовой платок и, не переставая скорбеть вместе со мной, протянул через стол. Несомненно, сострадание было основной сутью его жизненной позиции.
– Это чертовская неблагодарность с вашей стороны, Анечка, пытаться уйти подобным образом! По большому счёту, вы мне обязаны! – несколько смешавшись от подобного заявления, я взяла предложенный платок и, не переставая хлюпать кровоточащим носом, уставилась на Коломатникова. – Да, да! Жизнью! – Вот те раз! Я даже перестала всхлипывать. Опять я что-то пропустила? И тут, признаюсь, Коломатников меня ошарашил: – Я ведь вам её спас! Так бы и отправил ваш приятель вас на тот свет, если б не мы! – И он ткнул пальцем в платок на моей шее. – Или, думаете, он шутки шутил?
