— А что это тут никаких этих штучек нет? — полюбопытствовал Леха.
— Каких штучек? — не поняла Лидия Павловна.
— Ну, всякой там аппаратуры…
— У Толи есть мастерская. Он там работает. Да и живет.
— Мастерская? У моей мамы тоже есть мастерская, — сообщил Гошка.
— А кто твоя мама?
— Художница.
— Ой, вы, конечно, извините, но только вы уверены, что ваш сын не в мастерской? Мало ли что бывает: загулял человек, выпил лишнего… — предположил Шмаков.
— Леша, ты меня совсем за старую дуру считаешь? Конечно, первое, что я сделала, — я поехала в мастерскую.
— И что?
— Ничего.
— Там все было как всегда?
— Абсолютно. А что это вы меня прямо как следователи спрашиваете?
— Да нет, что вы, — смутился Гошка. — Просто я думал…
— Ладно, мальчики, вот вам на всякий случай мой телефон, и я тоже запишу ваши номера.
Обменявшись телефонами, они простились с Лидией Павловной и молча вышли из подъезда.
— Ну, что скажешь? — начал разговор Шмаков.
— Что ты хочешь услышать?
— Чего делать-то будем?
— С чем?
— Гошка, кончай придуриваться. Надо шукать мужика-то.
— Где нам его шукать, Леха?
— Ты то место найдешь, где лопатник лежал?
— Найду.
— Тогда сейчас туда и двинем, пока еще не совсем стемнело.
— Давай, — пожал плечами Гошка. — Хотя столько времени прошло, если бы и было…
— Там люди ходят?
— А ты думал? Конечно, ходят, хотя…
— Что?
— Понимаешь, это у самого сквера было, может, в кустах что завалялось… Ладно, попытка не пытка.
Гошка привез Шмакова на то место, где вчера нашел бумажник.
— Да, тут, конечно, бесполезно рыскать, тем более мы не знаем, чего ищем, — почесал в затылке Леха.
Все же для очистки совести они тщательно осмотрели кусты, нашли несколько разных окурков, две смятые пачки от сигарет, оторванную пуговицу.
— Пуговицу надо взять! — решительно сказал Леха. — А вдруг это его пуговица?
— Даже если его, что это нам даст?
— Эй, парни, вы чего тут рыщете? — раздался незнакомый мужской голос.
Они подняли головы.
Перед ними стоял мужчина средних лет в теплой куртке и кожаной кепке.
— А что, нельзя? — произнес Шмаков.
— Почему нельзя? Можно, даже нужно! — с улыбкой ответил мужчина, показавшийся вдруг Гошке знакомым.
— Чего? — удивился Леха.
— Да я тут вчера бумажник потерял… Выпил немного лишнего, ну и вот… Потерял.
— Мы не видели! — решительно сказал Гошка. «Откуда я его знаю? Откуда?» — стучало у него в мозгу.
— А заработать хотите?
— Чего заработать-то?
— Если вдруг найдете бумажник, уж будьте любезны вернуть, а? Я вам заплачу!
— Сколько? — сурово спросил Шмаков.
— Не бойся, не обижу! Понимаете, парни, у меня там паспорт одного моего корешка был… и водительские права… хрен с ним, с бумажником, да и деньги дело наживное, но вот документы чужие… Сами понимаете…
— Да мы тут все уже облазили. Я ножичек классный посеял, и нету. Был бы бумажник…
— Мы поищем, вы не волнуйтесь, — мило улыбнулся Гошка. — Но как нам с вами связаться, если вдруг найдем?
— Да я тут недалеко живу и каждый вечер гуляю с собакой. Я бы вам телефон свой дал, но не хочу, чтобы меня жена поедом ела. Она и так все твердит: не пей, не пей, а что делать, если от этой жизни душа горит…
— А вы в котором часу гуляете? — поинтересовался Гошка.
— С девяти до десяти, каждый вечер, в любую погоду…
— Понятненько-понятненько, — улыбнулся Леха, — вы не сомневайтесь, если найдем, не зажилим. Нам чужое без надобности.
— Вот и чудесно, молодцы ребята. Я на вас надеюсь.
— А какая у вас собака? — спросил вдруг Гошка, что-то смутно припоминая.
— Французский бульдог. Ну, я пошел. До свидания.
«Французский бульдог? Ну, конечно же, это тот самый тип! Просто в теплой одежде его не так легко узнать».
— Гошка, ты чего? — спросил Леха.
— Леха, мне это ужас как не нравится!
— Почему? Здорово! Только сунулись, а уже на след напали.
— И на какой след!
— Чего?
— Я этого мужика знаю. Он преступник, настоящий, он связан со всякими убийцами… И он искал бумажник Горенича, значит, явно связан с этим делом.
— Ну, это и самому плохонькому ежику понятно. Но откуда ты его знаешь?
— Помнишь, когда Ксюха под скамейку залезла?
— Ну?
— И разговор двух типов подслушала?
— Блин! Так это тот посредник, да?
— Именно!
— Охренелушки! Но это же здорово. Гошка, такие возможности открываются…
— Какие возможности, ты что?
— Гошка, какой самый короткий путь между двумя точками?
— Прямой, ясное дело.
— То-то же!
— Шмаков, ты что надумал?
— Выпросить у мамашки Горенича лопатник, можно без денег и даже без паспорта, и пойти к этому дядьке…
— И что нам это даст?
— Поглядим…
— Леха, это не шутки, тут надо сто раз взвесить…
— Семь раз отмерь, да?
— Да, именно, и не семь, а все семьдесят. Кстати, как ты считаешь, зачем ему бумажник понадобился?
— Наверное, чтобы следы замести, — предложил Леха.
— Ничего себе замел! Наоборот, только внимание привлек. Нет, тут что-то другое. Ему не бумажник нужен, а то, что в бумажнике. И это, Леха, не паспорт и не деньги!
— А разве там еще что-то было?
— Было, Леха, было!
— Что?
— Бумажка с какими-то буквами и цифрами. А если это так…
— Тогда что?
