— Как ты попадёшь в квартиру, если сломанные ключи в замке остались?
— У меня есть инструмент, которым я вытащу обломки.
— Зачем вообще в неё заходить?
— Проверить нужно обязательно. Посмотреть, не ушла ли вода из сифонов. Целы ли окна. Если нет, то заколотить досками и завесить одеялами. Чтобы вороны и голуби не наделали в ней гнёзд. Ты же не собираешься навсегда здесь поселиться?
— Нет, конечно. Хотя за месяц привыкла.
— Вот и я о том же. На работу заеду, узнаю. А то вдруг уволили.
— А если на дорогах стреляют?
— Стрелять могут и здесь. Туда и обратно нас будет две машины. Это только по Москве, мы одни поедем. Но там порядок должен быть. Столица, всё-таки.
— Пусть вместо Игоря Сергей едет. Всё надёжней.
— Сергей напрашивался. Но зачем ему наши проблемы. Думаю, его мать и жена будут против этого.
— На какой машине собираетесь ехать?
— Хотел на Дефендере, а сейчас засомневался.
— Это почему?
— Сам не знаю. Машина новая, введёт кого-нибудь в соблазн. Захочет отобрать. Какой результат получится, неизвестно. А Нива не очень заманчивая цель. То, что багажник мал, так мне и везти с Москвы особо ничего не надо.
— Я подготовлю список, кое-что всё равно заберёшь. Всё в голове не упомнишь, когда уезжали.
Надо полагать, это есть согласие со мной, касаемо поездки. Чего и добивался. Потом мы с сыном взялись за подготовку оружия. В салоне открыто повезём легальный Хатсан и Вепрь. По сотне патронов на каждый ствол. Картечь и дробь четыре ноля пополам. Калаши спрячем, как и патроны. По два снаряжённых магазина каждому, и шестьдесят патронов россыпью. Нашлось место и ПМам. К ним по три полных обоймы. Я считаю, что этого достаточно для поездки. Тем более что большую часть пути мы проедем не одни.
Утром передал по рации, чтобы вместо дизтоплива, мне захватили три канистры с бензином. Как и договорились, встретились на трассе. Перегрузили канистры и поехали. У моста всё было как вчера. Наши машины не привлекли особого внимания. Проверяющие удивились, что канистры у нас не пустые, и только. За проезд легковой машины брали пятьсот рублей. Дорого, очень. Оно, конечно понятно, что за эти деньги мало, что можно купить. Но их и не платят почти никому.
На Муромской стороне процедура повторилась с абсолютной точностью. Ну, а нам это и на руку. На нужную дорогу выехали без проблем. Уже не удивляла малочисленность автомобилей на дорогах. Несколько раз попадались брошенные и разукомплектованные машины. Магазины, которые не разграблены, стояли с заколоченными окнами и дверьми. Кто-то ковырялся в огородах, убирали поздний урожай. Многие сидели у выставленных на продажу вёдер с картошкой, луком, яблоками, кучками опят. Большинство АЗС было закрыто, перегородив въезд, чем попало. Работали только несколько заправок крупных нефтяных компаний. Топливо раздавали одного сорта и всего лишь из одной колонки. Нам заправляться некуда, да и выстаивать огромную очередь не хочется. Когда подъезжали к Баракам, связались с ребятами. Ответили, что лагерь свернули и занимаются маскировкой. Приехали на место, а вскоре и они вышли на дорогу. Стали знакомиться:
— Александр, — протянул руку парень, лет тридцати.
— Слава, — сказал его ровесник.
Представились и мы. Слава, а он был тем самым раненым водителем, слегка прихрамывал, опираясь на самодельную палочку. Пока вновь прибывшие рассредоточились в зарослях, по неотложным делам, я с ребятами обсуждал дальнейший маршрут.
— Сюда мы ехали по Малой Бетонке, а потом по Горьковскому шоссе. Одну закладку сделали между Ярославкой и Дмитровкой, напротив деревни Бортнево. Вторую по Горьковскому, напротив Электрогорска. В закладках по сто литров бензина, цинку патронов, сухпай, вода, примус, аптечка, палатка, коврики, по четыре комплекта одежды, сапоги.
— Сапоги? И какие размеры?
— Две пары сорок второго, и две сорок третьего. Портянки. По две пары на каждого.
— Где портянки достали, разве их продают?
— На военных складах их полно, почти не востребованы.
Тут мы услышали, стрекот двигателей вертолёта.
— По ним часы можно проверять, летают строго по расписанию.
— Почему они здесь, они же, якобы, только газопровод патрулируют?
— А он и проходит тут рядом, я видел жёлтые столбики, — ответил Александр.
Звук настолько усилился, что не стало слышно слов. Вертолёт пролетел почти над головой, метрах в ста левее. На нём была странная эмблема, в виде большой чёрной буквы «Х», причём одна черта широкая, другая узкая. Внизу широкой черты была маленькая белая «е». Стало чуть тише. Только продолжили разговор, как звук вертолёта стал приближаться.
Мы задрали головы, чтобы лучше рассмотреть его. Тут Сашка схватил Славку за рукав и крикнул:
