– Да этот тип мог черт знает что с тобой сделать.
– Ты это серьезно?
– Да, серьезно. Я видел его в баре. И он мне конкретно не понравился.
– А Данко он нравится. Я бы даже сказала, что он слишком романтично на него реагирует.
– Шизняк заразен. Ну ничего, у меня мозги в порядке. Делай что хочешь, а я буду беречь и защищать тебя, – Егор обнял Фрези, нежно прижал к себе, всем своим телом пытаясь закрыть ее от жестокого мира. – До последнего вздоха, – прошептал он.
Когда все ушли с автостоянки, Данко собрал диски Дегтярева.
Артём переехал маленькую дикую речку с берегами, сплошь заросшими камышом и осокой. За мостом начиналась улица рабочего поселка. Под фонарем у здания дискотеки стояла полицейская машина. Артём не стал сворачивать на площадку перед мрачноватым двухэтажным зданием. Имея дело с полицией, он всегда оставлял себе свободу маневра для быстрого отвала. Поэтому «ранглер» он оставил на обочине и пошел к полицейским. Это были молодые оперативники из отдела по борьбе с оборотом наркотиков. Оба были в джинсах и куртках, но кобуры с пистолетами и наручники, демонстративно висящие на поясах, свидетельствовали, что парни при исполнении.
– Здорово, – сказал Артём, сохранив между собой и операми такую дистанцию, чтобы не надо было протягивать руку для пожатия. А то ведь мигнуть не успеешь, как на лапе защелкнется браслет. – Где он?
Один из оперов кивком головы показал за угол здания.
– У тебя три минуты, сталкер. И давай без эксцессов, лады?
– Лады.
Освещена была только площадка перед входом в здание. За углом был мрак. Сырой и вонючий. Опившийся пивом молодняк ссал тут, соревнуясь, кто выше достанет. На второй этаж вела пожарная лестница. К ней наручником был прикован бегунок, сам по виду прожженный торчок. Взгляд у него был как у зверька, угодившего в капкан – страх и ничего человеческого. Увидев Дегтярева, он решил, что опера отдали его на расправу и сейчас ему переломают кости или зарежут. Он отпрянул, насколько позволяла рука, прикованная к лестнице.
Дегтярев достал смартфон, нашел портрет, который нарисовал ему Данко, и показал бегунку.
– Знаешь его?
Бегунок скосил глаза на портрет. В свете от экрана белки глаз дико и неестественно сверкнули. Он отрицательно помотал головой.
– Не юли, как сука, и не беси меня. Иначе я тебя тут кончу, – Дегтярев убрал смартфон в карман, освобождая себе руки.
Бегунок чувствовал, что этот тип, кем бы он ни был, способен убить. Дегтярев смотрел не в глаза, а куда-то глубже, в темный, путаный лабиринт сознания торчка. И там его взгляд вполне осязаемо нащупал и схватил мелкое, трясущееся существо, парализованное ужасом смерти.
– Команч, – пробормотал бегунок. – Я у него товар беру.
– Где встречаетесь?
– Вообще не встречаемся. Он СМС присылает, где закладка.
– Как с ним законтачить?
– СМС послать. Он сам ответит.
Сергей Конрад, тот опер, с которым разговаривал Дегтярев, посмотрел на часы. Его напарник Алексей Данилов уже начал нервничать.
– Может, пора уже разогнать эту парочку? – сказал он. – Если сталкер нашего клиента кончит, будут проблемы.
– Не кончит, – ответил Конрад. – Ему инфа нужна, а наш бегунок не тот, на кого он охотится. Но, вообще, три минуты прошли.
Дегтярев вынырнул из темноты за углом дискотеки. Проходя мимо полицейских, он жестом попрощался с ними и быстро пошел к машине.
– Все нормально, – сказал Конрад.
– Уверен?
Полицейские бросились за угол здания. Бегунок обрадовался операм, как родным.
Бармен Ашот, взявший тайм-аут под предлогом семейных проблем, на самом деле нашел себе более престижное место и уволился. Ольге пришлось срочно искать ему замену, а пока в баре у нее работал Егор.
– Спасибо, Егор, ты меня выручаешь.
– Без проблем, Ольга Владимировна. Чтобы разливать водку и пиво не надо кончать курсы барменов.
– Надо еще уметь разговаривать с клиентами. Без драки.
– Это особый случай.
– У нас тут весь контингент – «особый случай».
Бар был еще закрыт, и Егор приводил в порядок хозяйство. Ольга села за столик. Рита принесла хозяйке чай и пирожок с семгой. Ольга пила чай и поглядывала, как Егор драит стойку, протирает зеркальные полки, расставляет бутылки, рюмки, стаканы, кружки для пива. Ей нравился этот парень, красивый, аккуратный и, как она уже убедилась, честный. Такой годился в ее команду, подходил по всем статьям. Вот только подружка портила все дело. Мир Егора строился вокруг Фрези, а она была одной из тех странных душ, которых вечно манит что-то несбыточное на горизонте. Не случайно же она взяла себе имя героини фантасмагории Грина «Бегущая по волнам». Скоро ей наскучит «Щучья Заводь», она побежит дальше, и за ней побежит Егор.
Ольга видела, что Егор влюблен в совершенно неподходящую для него девушку, и она в конце концов сломает ему жизнь.
«Что ж… – думала хозяйка «Заводи». – Как говорится, каждый сам себе кузнец своей печали».
