Он, как и почти все дети царя Эйла, рыжеволос, причем оттенок рыжего удачный – темная медь. И это, пожалуй, единственное удачное в его внешности: ростом не вышел, плечи узкие, худой, черты лица острые, глаза невыразительные. В общем, вовсе не красавец, зато уверен в себе, внимателен, умен и остер на язык. Увы, Рия с такой болью и тоской на него поглядывает, что не только я, но даже и любой человек без способностей поймет, что она по нему страдает.
«Нашла по кому», — расстроилась я.
— Тебя отправили на Отбор не наложниц выбирать, — продолжил Регнан. — Отец недоволен.
— Ничего страшного, потерпит. Вижу, ты не оценил мою Рию! Эй, Рия, покажи, на что способна! Станцуй нам!
Девушка побледнела и выдавила:
— Я не танцую больше. У меня травма.
— Разве на Отбор берут с травмами? — удивилась Нелла; это были ее первые сказанные слова.
— Не берут, — кивнул Вейлин, — так же, как в гарем царя обычно не берут поварих, но всякое бывает, правда?
Настала очередь Неллы бледнеть; молодая женщина опустила взгляд и плечи. Эвен, решивший, что ее обидели, тут же сказал:
— Нелла – эллиди царя Эйла! Побольше уважения!
— С каких пор мы приглашаем за стол детей? — обратился к Регнану Вейлин.
— С этих самых, — спокойно ответил Регнан. — А ты что-то имеешь против?
— Ну что ты, это даже забавно. Как дела, Эвен? Чем живешь?
— У меня все нормально, — пробурчал мальчик.
— Вот и отлично. — Вейлин снова повернулся к Регнану. — Забавно, что мы оба выбрали союзных женщин. Последовал моему примеру?
— Нет.
— Но ты любишь Дэрию? — уточнил Эвен. — Учти, ее нельзя обижать.
— Эвен, малыш, — протянул Вейлин, — Арисы не обижают женщин, а осчастливливают. Нелла подтвердит, да, Нелла? Каково после грязного Рула оказаться на Неррианских островах?
— Это просто потрясающе, — тихо проговорила она; судя по всему, ей часто достается от Вейлина.
— Да, с этим понятно. А вот каково оказаться у нас после Союза? Что скажете, девочки? — Вейлин поочередно посмотрел на нас с Рией.
— Просто потрясающе, — повторила за Неллой Рия.
— Интересно, — ответила и я, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. — К тому же я попала сюда как раз к Отбору. Это все очень увлекательно.
— О да, жизнь у нас интересная… И лично мне тоже интересно, чем все кончится.
— Дэрия вернется домой, — заявил Эвен.
— Пра-а-авда? — Вейлин посмотрел на Регнана. — Дэрия вернется домой?
Регнан в свою очередь посмотрел на меня, и я не смогла почему-то самой себе ответить, вернусь ли домой.
Черт.
Ужин прошел ужасно, и после того, как гости разошлись, Регнан спросил у меня:
— Что это было, Даша? Зачем ты пригласила Эвена?
— У меня к тебе тот же вопрос! Зачем ты пригласил Вейлина?
— Хотел, чтобы ты его послушала.
— Послушала, не сомневайся. А Эвена я позвала, потому что из взрослых он общается только с Неллой, а из детей – только с Эйлом, которому и года нет. Ненормально, что мальчик так замкнут.
Регнан спорить не стал.
— Да, ненормально, — кивнул он.
— Ты бы наладил с ним контакт, — предложила я и машинально коснулась руки царевича, провела по ней. — Ему важно иметь положительный мужской пример перед глазами.
— Вряд ли Экзекутор может стать положительным мужским примером.
— Если Экзекутор – это человек, следящий за порядком и справедливостью закона, то еще как может стать. Царю выгодно, чтобы ты выглядел в глазах людей злым всемогуществом, но ты не такой.
— Злое всемогущество? — улыбнулся Регнан и, перехватив мою руку, нежно ее сжал. — Звучит интересно.
— В тебе столько силы, — продолжила я, разглядывая царевича, — и я имею в виду не только твой уровень эо. Ты и сам по себе силен: умен, собран, всегда начеку, для тебя нет секретов – ты читаешь чужие мысли, и это для тебя естественно. Ты не должен быть страхом Аэла, ты должен стать его защитником, надеждой. Чтобы люди не боялись прийти к тебе. Идеальный судья – беспристрастный судья. Добрый, но справедливый.
Он шагнул ко мне, взял другую мою руку и прижал их обе к своей груди; я достаточно сильный психокинетик, чтобы почувствовать приблизительно уровень его силы, но затрепетала не от этого. Меня уже давно не волнует, на что он способен, меня волнует, какой он, и чем больше я его узнаю, тем больше что-то во мне откликается. Да я вся на него откликаюсь…
— Хочешь повлиять на меня? Изменить? — шепнул он, глядя на меня сверху вниз; какой это взгляд, о, Звезды… — Или хочешь, чтобы я стал новым царем, а ты – царицей при мне?
— При тебе? — повторила я насмешливо. — Вот уж нет. Быть «при ком-то» я не собираюсь.
— То есть если я сделаю тебе предложение, то получу отрицательный ответ?
— Сначала сделай предложение.
— Выходи за меня.
И все. Никакой помпезности, особенной обстановки, просто «выходи за меня»… Все случилось не так, как я представляла, да и мужчина не тот, которого я представляла в мечтах. А ощущение почему-то такое, что все идет как надо, правильно.
— Брак… — протянула я. — Да, я планирую брак – основанный на любви и уважении, в котором нет главных, и уважаются интересы обоих супругов.
— Значит, наши взгляды на брак совпадают. Я тоже хочу союза, основанного на любви и уважении.
