— Думай тише, Кир. А то тебя от мыслей твоих дурацких разнесет и меня забрызгает, — язвит мелкая ведьма.
Варя говорит, а моё сердце меняет ритм. Секунда, и я подхватываю ее под бедра, сажают стол, развожу ножки в стороны, перехватываю голову и впиваюсь в её сладкие губы, мну их, засасываю, по-хозяйски, ласкаю её своим языком. Моя злючка, упирается мне в грудь руками, пытается оттолкнуть и при этом страстно стонет и отвечает на мои поцелуи. Трогаю её потяжелевшую грудь. Она без бюстика. Опускаю руку ниже в штаны, блять, и без трусиков. Веду губами ниже по шее к груди. Приподнимаю футболку, ласкаю каждую, провожу языком по соскам и родинке в виде сердечка.
— Варя, хочу тебя так, что сейчас яйца лопнут. Тебе не противопоказан секс?
Она тяжело прерывисто глухо стонет. Пальцами своими хваткими цепляется за мои волосы. На мой вопрос отрицательно качает головой. Я снимаю её со стола, поворачиваю к себе спиной, наклоняю аккуратно. Она совсем не сопротивляется. Стаскиваю с неё штаны, с себя джинсы вместе с боксерами. Плюю себе на руку, чтобы увлажнить ее нежную сладость, но чувствую, что с неё аж течёт.
— Варька, ты тоже хочешь! Ты готова полностью, девочка моя! Сейчас, я очень аккуратно.
— Кирилл, шевелись быстрее, а то сейчас твои друганы вернутся, и будешь потом ручным приводом тестикулы свои освобождать, самец похотливый! — язвит пигалица моя вредная.
Я аккуратно вхожу в неё. Теснота такая, что взвыть хочется. Варвара вскрикивает и сжимает член ещё больше. Дурею просто от её узости. Двигаюсь медленно, опасаюсь навредить плоду. Пытаюсь хоть немного отвлечь её и себя.
— Блядь, Варя, больше шести месяцев прошло, ты носишь моего ребёнка, но ничего не изменилось ни в нашем общении, ни в твоем влагалище.
— Много текста, барин, ускоряйся уже и давай чуть пожёстче. Сам знаешь, как мне нравится. Да, Кирилл, так, еще, еще. Давай еще. Если кончить не успеешь, не моя беда, потому что я…Ой, долбанные гормоны, ой, Бог мой…
— Повтори последнее, дочь моя! Приятно от тебя такое слышать!
— Обойдешься, раб моей лампы! Ой, чертов искуситель!
Варьку трясёт в оргазме, по её телу бегут волнами мурашки, волоски на шее становятся дыбом. Она кричит, тяжело дышит, зажимает лоно так, что я от ее спазма изливаюсь тут же. Нам обоим горячо и сладко. Наклоняюсь к ее спине, целую от шеи по позвоночнику вниз до копчика, прикусываю попку. Достаю платок из кармана, обтираю себя и девочку её.
Приводим себя в порядок. Обнимаю Варюху, глажу животик.
— Пить хочу, хорошо бы молока, — говорит Варвара, стоя у окна.
Звоню Дэну, прошу ускориться и ещё молока купить. Задаю вопрос, который волнует меея.
— Варя, это же мой ребенок, — произношу сиплым от волнения голосом. — Почему не сообщила мне об этом?
— А, за чем, Кир. Ты же сам прекрасно знаешь, что секс — не повод для продолжения знакомства. Спасибо, что ты стал моим первым мужчиной и подарил малыша. Но у каждого из нас своя жизнь. Каждый выбирает для себя женщину, коня или дорогу…Ты мог стать хорошим хирургом. Я спрашивала деда о тебе. Он помнит студента по фамилии Зубов. Сказал мне, что в тебе был потенциал. Однако, ты стал тем, кем стал. Ты хороший человек, Кирилл, мной проверено. Я уверена, что все в твоей жизни будет нормально.
Преднамеренно пропускаю, сказанное Колибри мимо ушей. Сейчас не время затевать словесные баталии. Есть пока проблема серьезнее.
— Варь, если будет помощь нужна, то я готов ассистировать, — говорю пигалице.
— Кирилл, чем ты мне можешь помочь? Ты когда последний раз скальпель в руке держал? Из тебя ассистент, как из него, — кивает в сторону моего охранника, который заходит в кабинет, — балерина.
Дэн передаёт Варваре пакет. Первым делом Колибри пьет молоко. Потом моет руки. Мы с ней идем в помещение, где лежит раненый. Она надевает маску и перчатки. Осматривает раны. Сообщает, что две сквозные, потому пустяковые.
— Кир, эти два ранения ты мог бы и сам заштопать. Не велика проблема. С этим придётся повозиться, потому что пулю в мышце надо найти и извлечь. Кирилл, ты руки хорошо вымыл? Перчатки надевай, мне все же помощь будет нужна.
Примерно час у нас уходит на извлечение пули и наложение швов на все три ранения. Несмотря на тремор, Варвара все манипуляции проводит точно и четко. Её только очень сильно мутит. Рядом с ней стоит Дэн с корзиной для мусора, в которую пигалицу периодически выворачивает.
Завершив все, оставляем раненого. Варвара просит выйтиина улицу продышаться. Идём по коридору, на одном из поворотов останавливаемся. Смотрим друг на друга.
— Сегодня, Кирилл, нам с тобой повезло, мы спасли жизнь этого человека. Зря, конечно, ты не доучился. Уверена, что из тебя бы получился хороший хирург, — устало произносит Варвара. — Ладно, все как есть уже. Распорядись, что бы меня домой отвезли.
— Варя, когда мы увидимся, когда мне можно к тебе приехать?
— Не за чем, Кирилл, не за чем. Тем более я уезжаю из страны.
— Это за за заявления, Варвара? Как это ты уезжаешь? С моим ребёнком уезжаешь?