Стону, кричу, но совсем не от боли, а от впервые открытых ощущений, не могу поверить в происходящее, реальность смешивается с забвением. Выгибаюсь, сжимаю густой мех в руках, мокрые от проступившего пота тела поблёскивают в тусклом освещении. Подстраиваюсь под уверенные движения, ритмично двигаюсь с мужчиной в унисон. Задыхаюсь от переполняющих ощущений, просто невероятное и не поддающееся описанию чувство.
Громов вертит мной как хочет! То поворачивает набок, то приподнимает в воздух и вбивается в податливое тело, удерживая незначительный вес на своих руках, то ставит раком, приказывает прогнуться в спине. Лицом упираюсь в холодный, деревянный пол, максимально выставляю задницу вверх, позволяю брать самым жесточайшим образом. Уверена, завтра не смогу нормально ходить, а из-за ночных, неаккуратных толчков ещё долгое время не смогу заниматься любовью, но ведь это будет завтра, а сегодня готова наплевать на все, теряюсь где-то между мирами.
Движения становятся резче, мужчина отвешивает весьма увесистый шлепок по ягодице , место удара горит, а на задницу вновь обрушивается череда звонких ударов, не прекращая не щадящих толчков. Запускает свободную руку в густоту моих волос, наматывает на кулак и тянет на себя, прижимая мокрой спиной к своей груди, сжимает длинными пальцами хрупкую шею.
Кто мог подумать, что Виктор настолько горяч, свиреп в постели. Хватает ладонями покрасневшие ягодицы, утробно рычит и ускоряется. Совершенно дикий и развратный мужчина. Он будто пещерный человек, знает лишь одну наводку – брать своё сполна.
Тяжело дышу, толкаюсь назад, двигаюсь в неком правильном тандеме с Громовым. Живот скручивает в тугой жгут, пальцы на конечностях немеют, яркая вспышка мелькает в глазах, тело пробивает дрожь. Просто трясусь, как в приступе эпилепсии, огненной лихорадке. Внутренне пульсирую, сжимаю плотным кольцом каменный член Виктора, слышу сквозь померкшее сознание отборный мат, ощущаю как по моей спине рассекается что-то невероятно горячее.
Глава 33
Виктор склоняется ко мне, нежно целует между лопаток, утыкается лбом в мокрую спину, тяжело дышит. Сама не могу прийти в себя, выровнять дыхание, сердце стучит в грудной клетке как сумасшедшее, будто только что прыгнула с парашютом и испытала прилив дикого адреналина. Но чувство испытанное ранее куда круче и масштабнее.
Тело дрожит от перенапряжения, судороги прекратились, но внизу живота до сих пор продолжают порхать счастливые, удовлетворённые бабочки, задевающие мягкими крыльями внутренние стенки.
Мужчина поддерживает меня, помогает опуститься всем телом на густую, слегка жестковатую шкуру, отстраняется и временно пропадает. Разгорается новое чувство негодования. Почему посмел оставить, после всего произошедшего. Утыкаюсь лицом в твёрдую поверхность, часто дышу. Надеюсь, лишь на то, что в скором времени Виктор вернётся.
Отгоняю прочь ненужные, угнетающие мысли, расслабляюсь всем телом, приятная истома наполняет изнутри, не осознаю, как быстро усталость берет верх, веки стремительно тяжелеют, опускаются, глаза закрываются, дыхание окончательно приходит в норму, температура тела опускается ниже, больше не струятся по венам обжигающие потоки. Сладостный и успокаивающий сон завлекает в свои безмятежные сети, запирает двери на засов. Почти сплю, но продолжаю реагировать на резкие звуки и шорох, доносившийся со стороны.
Ощущаю как поверх моей горячей спины кладут что-то холодное и мокрое, тщательно елозят по ней. С трудом приоткрываю глаза, приподнимаюсь на руках, вполоборота оглядываюсь назад. Виктор аккуратно стирает с позвоночника остатки прозрачной семенной жидкости, медленно и неторопливо спускается вниз, бережно омывая промежность от проступившей ранее крови. Обходителен, нежен и заботлив! Поглаживает по упругим ягодицам, оставляет мокрые следы от легких поцелуев.
Возможно ли влюбиться в человека ещё раз? Похоже, да! Наблюдаю за мужчиной, внимательно слежу за каждым его действием.
Лицо абсолютно расслабленно, только глаза горят неподдельным огоньком, губы растягиваются в прекрасной, обворожительной, довольной улыбке. Полное безмятежное счастье преобладает.
Не хочу возвращать обратно. Была бы возможность остаться тут навсегда, не задумываясь осталась. Впитывала ласку, запечатлевала поистине великолепные, впечатываемый в сознание момент.
Громов – старший помогает перевернуться на спину, теперь уже водит мягкими ладонями по внутренней стороне бедра, скользит выше и останавливается на животе, осматривает внимательным взглядом промежность. Незамедлительно краснею, покрываюсь багрянцем, по инерции свожу ноги. Мужчина хмурится, сводит брови к переносью.
-Болит? – голос дрожит, волнение преобладает с нотками сожаления.
-Почти нет, – честно отвечаю, – имеется некий дискомфорт, но совершенно не тревожащий меня.
-Обманываешь? – изгибает ломанную бровь, недоверчиво смотрит.
-Нет, почти не болит. Все хорошо, правда, – приподнимаюсь, опираюсь на локти, придвигаюсь ближе к Виктору.
