Если смотреть на вопрос объективно, то мне среди других игроков повезло едва ли не больше всех. Форма Пожирателя Мозгов может считаться едва ли не самой комфортной для человеческого разума из числа гетероморфов. Органики страдали от наплыва непривычных ощущений, конструкты и нежить — от их дефицита. Мне же достались гуманоидное тело и органы чувств, почти неотличимые от человеческих, так что проблем с управлением у меня не возникло. Гормональный фон я, будучи по природе мозговым паразитом, мог регулировать по желанию. Впрочем, после переноса он и так оказался настроен по умолчанию весьма неплохо, мне требовалось лишь подправить пару тонких штрихов, чтобы сдвинуть баланс с отыгрыша на эффективность.
К чему привыкнуть было действительно сложно, так это к телепатии. Вот тут никаких аналогов в прежней жизни не было и близко — на обработку данных цифровыми имплантами это не походило совсем и вообще. Но так как псионику я мог по желанию включать и выключать, это тоже не стало большой проблемой. Подсознательное понимание, как этим всем пользоваться, у меня уже было в наличии. Пока я не задумывался над деталями процесса, всё работало, как часы. Но стоило попытаться вникнуть в нюансы — мозги чуть ли не наизнанку выворачивались. Но так как Пожиратели Мозгов по лору игры обладали интеллектом и колоссальной нейропластичностью, я не сомневался, что и с этим скоро справлюсь. А пока что могу, как та сороконожка из притчи — просто бегать, не вдумываясь, в каком порядке переставлять все сорок ног. Заблокировать ненужные мысли и рефлексы оказалось на удивление легко. То, для чего мне бы на Земле понадобилось несколько дней медитации, возни с настройками имплантов и приёма психокорректирующих препаратов, либо посещение нейроредактора стоимостью в пару месячных зарплат, здесь, в новом теле, я мог сделать едва ли не по щелчку пальцев.
Сложность была совсем в другом — в том самом интеллекте, как ни парадоксально это звучит. «Ну, положим, бороду я сбрею. А умище-то куда девать?» Я оказался в положении человека, который всю жизнь водил допотопный пассажирский флаер и неожиданно пересел за штурвал боевого стратолёта последнего поколения. Я захлёбывался собственной интеллектуальной мощью, терялся от обилия возможностей. Стоило мне взглянуть на полки своей виртуальной библиотеки (которая теперь превратилась в реальную бумажную) — и я понимал, что каждую из прочитанных книг помню слово в слово, включая даже опечатки! Я мог бы одновременно поддерживать телепатический диалог со всеми Высшими Существами Назарика, обсуждая с каждым из них свою тему, не сбиваясь и не путаясь! Я мог за пару минут просмотреть чьи-то воспоминания за несколько лет! О таких мелочах, как способность перемножать и делить в уме двадцатизначные числа, даже упоминать стыдно. Более того, я точно знал, какие именно участки мозга обеспечивают мне все вышеуказанные фантастические способности — и при желании мог их усилить ещё больше, или наоборот, ослабить. Контролируемый синдром саванта, Святой Грааль нейронаук, для Пожирателей Мозга оказался процессом столь же естественным, как дыхание — иначе они… Мы бы просто не выжили. На самых первых, личиночных этапах развития, когда нужно суметь подключиться к нервной системе носителя, ничего необратимо не повредив, и по возможности сохранив как можно больше его знаний.
Вероятно, я бы мог быстрее освоить эту неожиданно свалившуюся на голову силу, перевести навыки из подсознания в сознание, если бы смог поработать в паре с другим Пожирателем Мозгов. Но представителей этого семейства, не считая первоуровневой мелочи, в Назарике было всего двое — Нейронист Пейнкилл и Хелло Ктулху. И оба для этой цели не годились. Нейронист была неписью, весьма извращённой даже по моим меркам. Согласно её лору, она опытный телепат, а я уже понял, что лор тут воплотился едва ли не дословно. Раскрывать сознание существу, которое считает людей низшими — благодарю покорно, мне ещё жить хочется. Мою ментальную защиту она не пробьёт — и на том спасибо. Но на всякий случай я и близко не подойду к её пыточным, пока не овладею окклюменцией профессионально.
