— Не спеши, время теперь есть. Если я просто скажу, что мне нужно, ты точно откажешься, так что позволь всё-таки сначала познакомить тебя с некоторыми обстоятельствами. Видишь ли, приятель, прежде чем использовать это заклинание на тебе, я применил его на ваших ангелах, и мы весьма продуктивно поболтали…
— Ты лжёшь! Ангелы не могут говорить!
— Обычно не могут, да. Чем вы бессовестно пользуетесь. Но «Языки человеческие и ангельские» помогли мне преодолеть этот недостаток. Я хотел выяснить, с помощью какой магии вы их контролируете…
— Глупец! Такой магии не существует, но даже если бы она и была, никто из нас бы не осмелился принуждать посланника небес!
— Верно, верно… Но на самом деле вам это просто не нужно. Ангелы создаются изначально максимально покорными и преданными своему призывателю. Их не нужно порабощать извне, потому что рабство у них внутри. Но заметь, именно призывателю, а не богам или Церкви. Догматами вашей религии ангелы не интересуются, да и не знают их…
— Ложь, причём ложь глупая и безыскусная! Если ты думаешь, что можешь такой нелепой выдумкой смутить адепта Писания…
— Да не собираюсь я тебя смущать, ты не девица из гаремника! Мне нужно, чтобы ты представлял ситуацию…
— Представлял так, как это выгодно тебе?
— Разумеется. И тебе тоже, правда. Знаешь, откуда взялось название этого заклинания? Из одной весьма старой священной книги… В чуть более полном виде эта цитата звучит так: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто». Так вот, приятель, есть у меня острое подозрение, что любви ты не имеешь. Ваши призывные ангелы — по сути не дети даже, а новорожденные. Создавать детей, вкладывая в них натуру раба — само по себе уже сомнительно. Но использовать созданных таким образом детей в качестве пушечного мяса… Это уже совсем мерзость, как по мне. Вы по сути швыряете во врага новорожденных младенцев как гранаты! Не беспокоит такая мысль? Чем вы тогда лучше каких-нибудь некромантов? Да не отвечай, это был так, риторический вопрос. В общем, если вас такой метод ведения боя устраивает, то меня — как-то не очень. Поэтому я решил найти способ не убивать своих собратьев, а освободить их.
— Дурак, они и так свободны! Если кто здесь и нуждается в освобождении, то это ты! Это ты в плену греха и безумия! Это у тебя сломаны крылья, а не у них.
— Ага, конечно, знаю я, как вы освобождаете — через костёр или плаху прямо на тот свет. В общем, сложность тут в количестве. Как серафим я могу подчинить себе четырёх ангелов первой ступени, двенадцать второй и двадцать — третьей. Но вы напризывали шесть десятков, и готовы в любой момент призвать ещё. Это уже за пределами моих возможностей.
Нигун затаил дыхание, хотя в этом странном чёрно-белом мире дышать ему и не требовалось в принципе. Если это не ложь, то просто бесценная информация, которую во что бы то ни стало необходимо донести до кардиналов! Хотя скорее всего — банальная ложь, даже безумец не стал бы так открыто выкладывать врагу свои силы и слабости.
— Так что если бы моей целью была просто победа, — разглагольствовал между тем ангел, словно токующий павлин, — я мог бы подчинить два десятка, заставить их сражаться с оставшимися верными, потом подчинить выживших с обеих сторон, и так далее. Но поскольку передо мной стоит другая задача, мне нужна твоя помощь.
— Наконец-то дошло до дела. И чего же тебе от меня надо? — Нигун говорил уже спокойнее, паника схлынула, гнев поугас — похоже, здесь и в самом деле невозможно атаковать, только совращать словами невинные души, но в теологических диспутах любой адепт Писания и сам знал толк. Как и в искусстве вербовки и обмана.
— Разреши мне взять управление твоим телом.
— ЧТО?! — всю невозмутимость как ветром сдуло, Нигун даже не знал, что его поразило больше — бессовестная наглость или беспримерная глупость этого предложения. Добровольно согласиться на одержимость дьяволом?!
— Ох, представляю, какая бы у тебя сейчас была рожа, если бы ты мог активировать мимические мышцы! Ладно, сейчас разъясню подробнее. Я же говорил, что надо выслушать расклад целиком, иначе поймёшь всё неправильно. Понимаешь, взять управление твоим телом я и так могу, согласен ты на это или нет. Человек ниже двадцатого уровня — для меня игрушка. Но без согласия я не получу доступ к некоторым важным для меня аспектам…
— К моей душе, ты хочешь сказать.
